Книга Делай свой ход, королева, страница 4 – Анна Рейнс

— План такой, — объявил он, пытаясь поймать мой взгляд, что теперь был направлен куда угодно, но не на него. — Приведем в порядок тебя и этот угол, а потом поговорим.

— Разве у нас еще остались темы для разговоров?

— Больше, чем ты думаешь.

Его голос звучал твердо, как у человека, что потратил много времени на размышления и принял какое-то решение. Хотелось ответить грубо, но я сдержалась: судя по всему, настроение у него хорошее, раз мне сегодня под ногти еще не вгоняли иглы.

Впрочем, мой ответ ему не был нужен. Он не спрашивал, а сообщал. Спустя всего минуту он принялся за работу. Было странно и непривычно видеть младшего принца, оттирающего пол и стены хижины рядом с тем местом, где меня держали все время.

Я молча наблюдала за этим процессом из другого угла комнаты, куда меня разместили, выдав воду и провизию. Цепь все еще была на мне, ослабленная до предела. Думаю, что если бы захотела, то могла бы все помещение обойти безо всяких проблем.

Не знаю, где Эйден был все эти дни, но кредит доверия ко мне явно вырос. Возможно, зря, потому что я никак не могла выбросить из головы настойчивое желание накинуть эту самую цепь ему на шею и сдавить изо всей силы. Останавливало только то, что наши физические силы неравны: Эйден и в моем настоящем имел развитую мускулатуру, а здесь и вовсе выглядел так, словно целыми днями только и делал, что упражнялся.

Если откинуть все, что произошло, то наблюдать за ним было даже приятно. Верх рубашки расстегнут, обнажая мощную грудь, рукава закатаны до локтей.

Должно быть, сейчас мы ровесники. — Промелькнула мысль.

Младший принц трудился до самого заката, очищая и обустраивая мое место. Вместо охапки сена он расстелил на полу матрас и одеяло, взятые с жилой половины комнаты.

После выставил на улице кадку и в несколько заходов наполнил ее водой — ледяной, родниковой, но я бы залезла сейчас хоть в замерзшее озеро, чтобы смыть с себя всю эту грязь.

Когда подготовка завершилась, меня вывели на улицу. Солнце почти село, лишь его последние лучи окрашивали верхушки деревьев алым. Дневной зной отступил под напором свежего ветерка.

Накрутив свободный конец цепи себе на руку, Эйден принялся разрезать на мне платье. Простое, серое — именно его принес мне отец в ту злополучную ночь, когда началось вторжение далмарийцев. Те события поблекли, словно происходили не со мной. Да и не было смысла их хранить — то будущее исчезло и, надеюсь, что безвозвратно.

Под платьем оказалась шелковая сорочка — единственное имеющееся на мне доказательство, что я не простолюдинка.

Возможно, именно из-за моего одеяния Эйдену было особенно сложно поверить, что я являюсь наследницей древнего рода.

Не то чтобы я его оправдывала, просто рассуждаю логически.

С сорочкой было покончено еще через несколько секунд. Эден пропустил струящуюся ткань сквозь пальцы, словно что-то ища.

— Инициалы королевской портнихи. — Пояснил он в ответ на мой вопросительный взгляд и продемонстрировал вышитые золотом буквы, что я раньше даже не замечала. Пожала плечами, стараясь не думать о том, что стою перед инквизитором почти голая. Хотя какая ему разница. От меня разит за версту, да и вряд ли этот Эйден способен увидеть во мне женщину.

Холодный ветерок коснулся обнаженной кожи, заставляя ту пойти мурашками. Я поежилась, когда Эйден с кинжалом в руках приблизился ко мне. Перед глазами вновь встало видение: я, с короной на голове лежу у него в ногах, в моей груди кинжал, глаза пусты и безжизненны.