Онлайн книга «Сердце дракона. Путешествие»
|
Нехорошо, выходило совсем нехорошо. Навязчивая идея всё ещё оставалась, застряв глубже. Непреодолимая мечта всё ещё оставалась кошмаром. Из читального зала Аргон вышел, понимая, что не может сделать то, чего так отчаянно хотел. Пойти в комнату Геи. Тем более после грязного контакта с проституткой, которому он поддался с единственной целью — освободить свой разум от проклятой девушки. Он надеялся, что, дав своему телу передышку, мозг адаптируется, и Гея окажется в уголке его разума. Напротив, он даже не приблизился к этому уголку, а теперь чувствовал её повсюду. Повсюду. Что это за проклятое вторжение? Почему, пока сидел с закрытыми глазами, надеясь, что, выпуская пар таким грязным способом, сможет выбросить Гею из мыслей, Аргон добился прямо противоположного эффекта? Почему ему показалось, что у женщины, склонившейся между его бёдер, не чёрные волосы, а облако светлых кудрей? «Её кудри. Её рот. Она. Только она». Почему эта мысль, эта потрясающая мысль, вырвала его сердце из груди? Вопросы, вопросы, бесконечные вопросы. Аргон никогда не был любителем вопросов, и все эти вопросительные знаки выбивали его из колеи, заставляя чувствовать себя идиотом. И слабым. Ощущать себя слабым Аргон ненавидел. Это было похоже на возвращение в прошлое, во времена, когда он был мягкокожим пацаном, неспособным защитить себя и беззащитным перед атаками окружающего мира. Тогда ему удалось перестать получать удары, он превратил свои раны в щит, которым мог гордиться, и научился наносить удар первым. Но сейчас? Как же ему теперь воспрепятствовать этим атакам, столь непохожим, причиняющим новую, иную боль, которую невозможно отразить обычным оружием? Что он мог сделать, чтобы перестать желать Гею в своей постели и в своём сердце? «Почему всего через двадцать дней, двадцать грёбаных дней, я дошёл до этого? Мучиться из-за какой-то Соплячки? Я? Твою мать, я?» Девчонка, должно быть, обладает неизвестными ментальными способностями — другого объяснения просто не было. Потому что это не могло, абсолютно не могло быть другим. Аргон выругался, шагая вперёд, а потом внезапно остановился. На полу, рядом с книжным шкафом, в проходе между двумя залами, лежали цветы. Засохшие и почерневшие цветы. Ковёр из мрачных увядающих цветов. Гея? Гея была здесь? Она видела его, когда… И вот, она снова появилась — эта пронзительная боль в центре груди. Боль распространилась с разрушительной силой молнии, обрушившейся на дерево. Из горла Аргона вырвался хриплый крик, словно на смену ему — непобедимому воину, испытавшему всевозможные ранения, не морщась ни разу, — пришёл человек, неспособный справиться с болью. Это длилось недолго, но всё равно лишило его дыхания. Когда Аргону удалось выпрямиться из этой странной сгорбленной позы, которая плохо сочеталась с человеком его габаритов и силы, ему показалось, что прошло целое столетие, хотя на самом деле прошла всего минута. В этот момент он увидел Уинфлед. Она остановилась посреди лабиринта высоких книжных полок, предшествовавших читальному залу. Взгляд женщины был, мягко говоря, полон боли. — Ты видела, как здесь проходила Гея? — спросил он, игнорируя взгляд пожилой служанки. — Нет, господин. Она должна быть в своей комнате, — ответила Уинфлед. Затем она тоже заметила засушенные цветы на полу, и выражение её лица стало более мрачным. — Могу я с вами поговорить, господин? |