Книга Лето, в котором нас не будет, страница 112 – Ефимия Летова

Общение с ним явно для меня травмоопасно… Или наоборот.

— У-у-у! — Армаль помчался отмываться в туалетную комнатку. Дикьен и Лажен принялись шерудить своими швабрами под кроватью, где сидела Аннет, словно гоняя спрявшихся там жуков, как мячи, а Мардж принялась плакать и чесаться одновременно.

— Хорти! — громовым голосом протрубила сверху Аннет. Неудовлетворённая сводническая потребность явно мучила её, как ревматизм и больная печень — старшую сестру Коссет. — Иди и помоги благородному мальёку очиститься, это твоя прямая обязанность! Ты же его облила!

— Хортенс! — выкрикнула Делайн. — Хватит сидеть без дела, помогай давай! Их тут тьма-тьмущая!

— Сиди и пей! — велела Ноэль.

Вот её-то я и послушалась.

P.S.

Честно говоря, я так и не поняла, были ли исполинские мертвоеды в нашей комнате или нет. То есть, я сама их так и не увидела, но остальные то и дело вскрикивали, взвизгивали, отпрыгивали и размахивали руками, ногами, швабрами и метёлками, а Лисса так и вовсе была близка к обмороку, особенно от постоянных шуток по поводу мальёка Реджеса. Я посмотрела в бледное бесстрастное лицо Ноэль и тихо спросила:

— Они все сошли с ума, да? Или разыгрывают меня?

Ноэль пожала плечами.

— Зачем кому-то тебя разыгрывать? И вообще, какое тебе дело? Вроде, всё уже заканчивается.

— Но…

— При чём тут вообще мертвоеды? — Ноэль захлопнула книгу и потянулась. — Смотри на вещи глубже и увидишь истинное положение вещей. Всеми вокруг движут чувства. Чаще всего — любовь, ну, или ненависть, результат неудовлетворённой любви. Они все влюблены в кого-то. Наблюдать за этим довольно забавно. А за мертвоедами — не очень, это только реквизит на сцене жизни.

— И ты влюблена? — скептически уточнила я.

— Я — нет, — Ноэль снова пожала плечами. — На самом деле, по мне так это всё чепуха. Но помогает отвлечься и не чувствовать.

— Не чувствовать что?

Она была такая странная, и взгляд её чёрных, немного раскосых глаз проходил сквозь меня. Сиди на её месте исполинский мертвоед — с усами в палец, клешнями и всем прочим — мне не было бы так не по себе в этот момент.

— Не чувствовать того, как неотрывно наблюдает за нами смерть, — ответила Ноэль и, снова открыв книгу, погрузилась в чтение.

P.P.S. Я пошла в библиотеку, выдержала подозрительный взгляд леди Фрагис и добилась-таки, что она выдала мне энтомологическую энциклопедию. Нашла статью про мертвоедов, изучила её от и до. Не такие уж и страшные, совсем не исполинские, усы как усы и никаких клешней. В наших краях теоретически водиться они могли, правда, предпочитали леса и степи… У страха глаза велики. А то, что я их так и не увидела, так это мне просто повезло.

Вот слова Ноэль долго не давали мне покоя, Эймери. Пусть она немного не от мира сего, и всё же… Наверное, ты бы понял её как никто другой: ты-то не можешь не чувствовать, как за тобой наблюдает смерть. Знаешь, из-за того, что я всё время думаю о тебе, я тоже ощущаю её холодный и равнодушный, но одновременно внимательный цепкий взгляд.

«Надо отвлечься», — говорила Ноэль, и она была права, я не могла больше выносить тяжёлый пристальный взгляд смерти, пусть пока что не своей собственной, а твоей. И потому я тоже, неожиданно для себя самой тогда, закричала «Ой, мертвоед!», и схватила какую-то швабру, стала подкалывать Лиссу, ахала и ойкала, а когда злой и ужасно стесняющийся Армаль вышел из туалетной комнаты, завернувшись в простыню, держа в руках мокрые брюки, покраснела и захихикала так, как и должна была поступить на моём месте любая нормальная девушка семнадцати лет. Та, которая влюблена. Та, которая не чувствует взгляда смерти на собственном затылке.