Книга Исцели меня, страница 63 – Ефимия Летова

Иногда мне начинал слышаться тихий, но назойливый звенящий звук, словно в одной из запертых комнат притаилась комариная стая, иногда — судорожный стук своего испуганного сердца, ток крови.

Запахов здесь не было вовсе.

Из коридора безо всякого освещения — то ли хозяин экономил на свечах и магических сферах, то ли не хотел привлекать к якобы нежилому дому излишнее внимание проблесками в окнах в ночное время — я вынырнула в просторный сумеречный холл и увидела роскошную каменную лестницу, по которой можно было и подняться наверх, и спуститься. Я так и не смогла определить, что было источником света: ни окон, ни светильников не наблюдалось.

Парадоксальным образом при свете мне стало ещё страшнее.

Надо было спускаться, если ты не в подземелье, выход всегда внизу, но я стояла, вцепившись руками в холодные неудобные — слишком широкие — перила. Не без труда заставила себя сделать шаг на первую ступеньку, шаг на вторую… со времени своей службы у Лордера я отвыкла от угрожающе длинных, бескомпромиссно каменных лестниц. Бедность тяготеет к низинам.

Голова закружилась, я покачнулась, опасно накренившись вперёд: казалось, слабые пальцы вот-вот разожмутся, и я полечу вниз, вдоль ступеней, не успев вымолвить даже «А-а-а!», и разобьюсь, как капля воды.

Я действительно стала падать, я падала микроскопические доли мгновения, но чьи-то тонкие и узкие, но очень сильные руки обхватили меня со спины, останавливая моё бесславное падение. Слишком тонкие… слишком узкие… как…

…ветки.

* * *

Я задохнулась — сначала от непроизвольного ужаса, потом от немыслимого счастья, неконтролируемой жаркой нежности, попыталась развернуться, но Рок, стоящий за моей спиной, не дал мне этого сделать. Сдавил крепче, на грани терпимого — и в этом движении не было ничего от нежности любовника.

Скорее — злость и беспомощность врага, на полшага не могущего добраться до горла ненавистной жертвы.

— Почему ты не убежала?! — прошипел он мне на ухо, и было легко представить, как по его ветвям ползёт смертельно ядовитая древесная змея. — А впрочем…

Я оторопела на пару мгновений, а потом разозлилась. Это он, он и утянул меня за собой! Он обманывал меня… он использовал меня! А теперь, вместо того, чтобы меня спасать или хотя бы просто порадоваться тому, что мы встретились, предъявляет мне абсурдные претензии… да что там, отчитывает, как дитя малое!

Как я могла сбежать, сквозь стены просочиться?!

Я уже собиралась озвучить своё праведное и пока ещё мысленное возмущение — но не успела. Гибкие плети оплели запястья — и резко стянули их вместе за моей спиной с неожиданной, нечеловеческой силой. Ещё одна плеть обвила лицо — я изо всех сил впилась в неё зубами, но древесная плоть не была чувствительна к боли. Пытаться вырваться тоже было бессмысленно.

— А впрочем, хорошо, что ты осталась, — каким-то иным, незнакомым мне ровным и бесстрастным голосом произнёс вдруг Рок, и в тот момент его интонации до безумия напомнили мне интонации Лордера. — Ты будешь полезной.

Он потащил меня наверх, оттаскивая от лестницы. Руками и головой дёргать я не могла, но вот ногами молотила изо всех сил, не зная, кого или что я пинаю, не понимая, что происходит, отказываясь верить в происходящее. Почему он тянет меня наверх, а не вниз?!