Книга Я тебя съем, страница 59 – Лана Морриган

Не сопротивляется, распластывается и прижимается щекой. Теплая, расслабленная. От ее волос исходит сводящий с ума аромат, хочется не размыкать объятий и не отпускать, эгоистично наслаждаться только самому. Аля щекочет своим дыханием, отрывается и невесомо целует плечо. Еще и еще. Спускается к груди.

— Ты зачем это делаешь? Ты понимаешь, как я тебя хочу? – уточняю я.

Кивает.

— И я тебя хочу, – Аля отвечает тихо.

— Так я весь твой, – я смеюсь, раскидываю руки, давая свободу в действиях.

Аля смотрит так внимательно, что улыбка начинает сползать с моего лица.

— Я… – замолкает она на мгновение. – Я не знаю, как ты любишь. – Отталкивается и садится на мои бедра, собирая пальцами подол сарафана. – У меня был один мужчина. – Склоняет голову, утыкаясь взглядом куда-то в стену. – И я знаю только, как нравилось ему. – Ее теплые ладони проходятся по груди снизу вверх.

А мышцы сводит от ее прикосновений. «Она касалась его так же, как и меня сейчас», – болезненно пульсирует в голове. Вот так же неуверенно и нежно.

— Больше не упоминай о нем, – я реагирую моментально. Тело каменеет, дрожь прокатывается по мышцам – зверь в ярости.

Аля отдергивает руки и шепчет испуганно.

— Прости. Я просто хотела сказать, что не умею делать приятно. – Пытается встать.

Пресекаю попытку, жестко придавливая женские бедра.

— Мне будет приятно все, что бы ты ни делала. – Я стараюсь вернуть спокойствие, закрываю глаза и несколько раз глубоко вдыхаю.

Я кожей чувствую ее пристальный взгляд, он блуждает по груди и шее, лицу и губам.

— Ты не злишься? – спрашивает Аля осторожно, ероша пряди моих волос.

— Если еще раз спросишь, буду. – Я продолжаю бездействовать.

— Я поняла. – Она склоняется и целует лицо. Легко и невесомо, перемещается к губам. – Нет, – останавливает мои попытки перехватить инициативу.

— Как скажешь. – Я закидываю руки за голову, удобнее устраиваюсь, чуть приподнимаясь. – Надеюсь, это не слишком для пугливой зайчишки?

— Нет. Закрой глаза, – отвечает она твердо.

— Ого, – мои губы сами изгибаются в улыбке. – А мне нравится такое пробуждение. – Прикрываю веки и наблюдая за ее действиями.

Рассматривает меня, кажется, не пропускает и сантиметра тела. Указательным пальцем скользит по венам на руках, очерчивает каждую, возвращается к предплечью и повторяет действия, перемещается к груди: обе ладони робко ложатся на мышцы, чуть сжимают, впиваясь острыми ноготками. Аля облизывает губы, переводит дыхание, ведет пальцами ниже, вдоль косых мышц живота. Замирает. Вспыхивает, словно услышала что-то сверхнепристойное. И вскидывает голову, пожирая меня взглядом.

«Фантазируй, зайчишка, это очень приятно».

— Не подсматривай, – девушка шепчет на грани слышимости.

— Обещаю, больше не буду. – Я сильно зажмуриваю глаза.

Тишина, только сбивчивые удары Алиного сердца – решается на что-то. Прислушиваюсь: движения воздуха, шуршание ткани и потребность открыть глаза становится совершенно нестерпимой.

— Алька, – выдыхаю я, когда ее губы касаются груди. Она перехватывает мои руки, удерживает за локти, ждет, удостоверяясь, что я не повторю попытку.

Мое воображение бушует. Перед внутренним взором надо мной обнаженная Алина, и ее груди сейчас как раз на уровне моего рта. Приоткрываю губы, тянусь. Извивается. Не ослабляет хватки, но и коснуться груди не разрешает, вновь играет.