Книга Танец с вампиром, страница 22 – Лана Морриган

— Они меня не волнуют, – фыркнул Светлый князь.

— Тогда что же?

Юная княгиня испытала толику удовольствия от услышанного. Но списала это приятное чувство на успокоение гордости.

— Я не люблю выглядеть идиотом. А именно им я и выгляжу, когда ты споришь со мной.

Эля вскинула тонкие бровки и звонко рассмеялась.

— То есть спорить с тобой нельзя?

Михаил приблизился, склонился и прошипел практически в пухлые губы:

— Именно.

— Даже наедине? – уточнила она с очаровательной улыбкой, стараясь не отводить взгляда от темно-зеленых глаз князя.

— Даже, – ответил он вкрадчиво.

Княгиня фыркнула, исчезла и тут же проявилась в паре метров от Михаила.

— Тогда наш союз будет не номинальным, а феноменально тяжелым.

— Называй его как хочешь. Но жить ты должна здесь, – он указал пальцем в ноги.

— Я еще что-то должна? – спросила Эля с насмешкой, больше разозлив князя.

— Должна присутствовать на встречах, если я скажу.

— Еще?

— Еще, если у тебя появляется желание высказать мнение, отличающееся от моего, смолчать. Это ясно?

Элеонора не произнесла ни слова.

Михаил выждал и спросил:

— Почему ты не отвечаешь?

— Исполняю твою волю, мой князь. Молчу, если мое мнение разнится с твоим.

Он оскалился и закрыл глаза, подняв голову к звездному небу.

— Ты лишаешь меня спокойствия.

— Знаю, – юная княгиня выдохнула горестно. – И злость не проходит.

— Не проходит, – подтвердил он, не опуская голову.

— И не пройдет.

— Потому что ты проигнорируешь мои слова? – Михаил открыл глаза и медленно опустил взгляд к источнику раздражения.

— Безусловно проигнорирую. Но злиться ты будешь по другой причине.

— По какой же?

— Ты не сможешь заставить меня исполнять твои приказы. Не выйдет. Мы равны.

— Равны? – рассмеялся Светлый князь. – Мы? Равны?

— Разве нет? По силе. По положению.

— Нет. И никогда не будем. Я, – он указал на себя, – помню появление твоего отца на свет. Тогда еще не было Светлых и Темных. Вампиры не прятались и не скрывали свою сущность. Я видел подъемы и крахи десятков князей. Я выжил, – произнес он с гордостью. – А ты, моя княгиня. Ты… красива и немного забавна, – дал он краткую характеристику, от которой кровь прилила к лицу Эли.

— Я твое дополнение?

— Нет. Меня не нужно дополнять. Этого не требуется.

Юная княгиня уже пылала от ярости.

— То есть ты приравниваешь меня к предмету декора? – спросила она, едва сдерживая себя. – Или забавной карманной собачке.

— Возможно, для тебя это звучит грубо, но суть ты уловила правильно.

Михаил не ждал приближения Элеоноры, во время разговора она старалась держать дистанцию, как не ждал и хлесткой пощечины. Звонкой и довольно болезненной.

Княгиня не сбежала тут же, даже не отступила. Стояла, гордо подняв острый подбородок. Смотрела на него с дикостью и яростью разозленного хищника, готовая в любой момент вступить в схватку.

Подобного Светлый князь не ожидал. Это была его первая пощечина за невероятно долгую жизнь. И он не просто позволил ударить женщине себя по лицу, так и оставил этот удар без ответа. «Первая и единственная пощечина», – поклялся он себе. Прислушался к урагану эмоций, наполнивших его. На место удивлению пришла растерянность, а следом что-то незнакомое. Смесь из разных чувств, которые не поддавались осмыслению. Что-то жгучее и острое, заставляющее кровь закипать в венах. Это чувство подтолкнуло его ухватить Элю за затылок и привлечь к себе. Так, чтобы их тела разделяли ничтожные миллиметры. Так, чтобы чувствовать рваное дыхание княгини на своей шее и подбородке.