Книга Хозяин ночи. Книга 1, страница 45 – Лана Морриган

— Ты сейчас серьезно? Думаешь, я поверю, что ты будешь рад ребенку от нечаянного секса? Я не собираюсь доводить все до реальной проблемы.

— Нечаянного? — переспросил он. — Да нечаянно можно чай разлить, но никак не трахнуться!

— Называй как хочешь, — я выключила воду и вытиралась полотенцем. — Но мне нужно в аптеку. Где моя сумка, Давид?

— Там, — он указал рукой, только я вот боялась двинуться с места. На шее Немирова пульсировала вена, его грудь высоко вздымалась, и я могла поклясться, что слышала рычание, а во взгляде плескалась неподдельная ярость.

Рада боялась, зверь улавливал ее страх. Да я и сам видел, как она опасливо поглядывала на проход между мной и дверным косяком. И ее страх был оправдан. Человеческую часть меня буквально трясло от злости, а звериная была готова выть и умолять Раду. Прижаться брюхом к полу и ползти, вылизывать ей ступни, лишь бы она осталась сейчас в моем доме. Лишь бы она дала шанс на появление потомства. Да лишь бы она смотрела на меня ни как на отброс.

Боги!

За свою нереально продолжительную, по человеческим меркам, жизнь, я впервые был готов унижаться. Забыв о гордости, о том, кто я. Стоять на коленях перед женщиной. Перед человечкой! Перед парой… Перед смыслом жизни и проклятьем оборотня…

— Дай пройти, — попросила она, завернувшись в полотенце и подойдя ко мне. — Давид.

Тук. Тук. Тук. Тук. Тук.

Я ничего не слышал кроме ее слов и ударов ее сердца.

Могу с полной уверенностью сказать, что истинность — яд. Не хуже, чем яд вампиров. Она так же отравляет тебя, пропитывает, не дает заживать ранам только в сердце, а не на теле.

Меняет.

Делает тебя другим. Ты не узнаешь себя. Теряешь.

— Где сумочка? — спросила вновь, пройдя по широкому коридору.

— На полу у входа, — ответил я, заставляя себя оставаться на месте. Сдерживать зверя стоило титанических усилий. Не поддаваться его желанию. Смотреть на вещи с позиции человека.

Ничтожная часть меня понимала недоверие Рады. Ничтожная. Большая эгоистично злилась. Она не имела права отказаться от меня! Повести себя, словно я для нее незначительный эпизод.

Стоило признать, стать отвергнутым — мягко говоря, неприятно. Рада не пыталась завуалировать, смягчить, или разыграть из себя дурочку, она говорила прямо. Правду. Болезненную правду.

— Алло, Лер, — ее голос звучал из-за стены. — Ты сейчас где? Угу, хорошо. Ничего не спрашивай, просто привези по адресу, который я тебе скинула вещи. Да, срочно. Все. Потом поговорим, — сказала она тише. — Да, белье мне тоже нужно. Побыстрей. Пока.

Я не прислушивался к тому, что говорила подруга, по тону Рады и так было все понятно.

Она вышла из-за поворота, придерживая полотенце и не отпуская из рук телефон.

— Ты сказал, что можешь дать мне футболку, — я не торопился отвечать. Не мог. Внутри клокотал зверь. Рада расценила мое молчание по-своему. — Мне и в полотенце комфортно, — произнесла она потухшим тоном.

— В спальне, — выдохнул, когда она повернулась ко мне спиной, подарила нечитаемый взгляд.

— Мне пойти и взять самой?

— Да.

Она потратила несколько секунд на раздумья.

— В шкафу, в комоде? — спрашивала пока шла. — Где?

— Шкаф.

— Могу взять любую? Я верну, — добавила сразу.

— Да.

Оказалось, настоящей пыткой смотреть за тем, как она входит в мою спальню, открывает дверцы шкафа, выбирает, задрав голову к верхним полкам. И все это на фоне кровати, где пять минут назад я брал свое, наивно полагая, что так будет всегда