Книга Хозяин ночи. Книга 1, страница 123 – Лана Морриган

— Хватит! Хватит! — не слова — рычание. — Р-р-рада…

Я замолчала, чувствуя себя еще более паршиво, чем мгновение назад. Я никогда не была циничной или жестокой. И сейчас мне было стыдно за слова, за мысли.

— Извини, — пробормотала я, сама не до конца понимая кому. Оборотню или той жизни, что зародилась во мне.

Я поднялась с лавочки и медленно пошла к дороге.

Немиров шел следом. Молча. Как конвоир.

М-да…

К каждому пряничному домику полагается злая колдунья. А в моем случае — оборотень.

Сама села на сиденье, не в силах продолжать истерику и устраивать бесполезную беготню по улицам, отвернулась к окну и закрыла глаза. Не хотела видеть Немирова даже в отражении стекла.

В голове была полнейшая пустота. Вакуум.

— Я рожу ребенка? — спросила я, когда машина колыхнулась на съезде с трассы. — Человеческого ребенка?

— Да. Впервые мы оборачиваемся в осознанном возрасте.

— У меня какая судьба?

— Я попытаюсь…

— Я буду жить?

— Да! Наша жизнь в паре мало чем отличается от человеческой.

— В паре, — повторила я за ним. — Нашей жизни “в паре” не будет. Есть я. И есть ты. Я не собираюсь играть с тобой в семью.

— У нас все будет по-настоящему.

— Нет, Давид. Я тебя не подпущу к себе. Ты последний человек, которого я хочу видеть рядом.

Истинность - дар. Дар самих богов. Великий. Редкий и ценный.

Мой дар оказался похож на наказание. На расплату за то, как я беспечно относился к собственной жизни; как беспечно я относился к жизням окружающих. Разве я считал людей такими же как мы? Нет. В моей голове люди были декорацией. И декорации всегда сменялись. Одна за другой. Я не заострял внимания. Мне это было не нужно. Я всегда был потребителем. Всю свою осознанную жизнь. Мне не нужно было прикладывать усилия, чтобы заполучить женщину. Они добивались моего внимания сама. Мне не нужно было впахивать в спортзале, чтобы получить сильное и красивое тело. Все за нас делала Богиня. Она наделяла нас силой, привлекательностью, выносливостью, животным магнетизмом. Но с появлением пары, как оказалось, этого было недостаточно.

Рада — сломала меня.

Сделала уязвимым.

Растоптала.

Истинность — не дар. Истинность — издевка. Ты не можешь противиться ей. В одно мгновение вся жизнь выворачивается наизнанку. Болезненно щелкает тебя по носу, показывая, что действительно важно. Это не ты сам. Ты уходишь на второй план, когда чувствуешь прикосновение истинной.

Притяжение — это как материнский инстинкт или инстинкт самосохранения. Что-то абсолютное, чему невозможно сопротивляться.

Ты просто больше не принадлежишь себе.

— Глупые мысли в твоей голове, волк.

Я был полностью погружен в себя, что вампир неожиданно появился передо мной, и я не почувствовал его приближения.

— Тогда не лезь в нее.

— Это практически невозможно. Твоя злость и растерянность повсюду. Как и злость и обида твоей пары.

Константин беззвучно закрыл дверь, подошел ближе и застыл, в привычной для Высшего вампира позе — в позе бездушного манекена.

Я дернул бровью, отвел взгляд. Не любил изливать душу, и не собирался делать это перед Высшим сейчас.

— Зря.

— Не думаю.

— Ты думаешь, но не о том. Ты не хочешь слушать меня, да и кого-либо другого.

— Не хочу, — я покачал отрицательно головой, глуша боль. Она была настолько сильной, что зверь выл не переставая. Он тянул меня к Раде. Хотел быть рядом, вымолить прощения, положить ей на колени морду и долго-долго смотреть в глаза.