Книга Океан любви. Личный ад, страница 57 – Ольга Алешкевич

Шли дни, и я быстро шла на поправку. Приближался час выписки из больницы. Мне не терпелось вернуться домой. Туда, где тепло и пахнет цветами. Туда, где я когда-то уже была счастлива. Туда, где без меня тосковал и громко выл по ночам преданный Гитраш. Но сначала я должна была выдержать шквал интервью для популярных журналов и передач. Дать показания в полиции. Я решила, что после больницы мне лучше всего будет поселиться на время в гостинице, и Бэн согласился с моим выбором. Я не хотела после всего пережитого, возвращаться в дом, где Бэн жил с другой женщиной. И я не готова была к встрече с ребенком Гены. Я не раскрыла этот секрет Бэну, и не знала, нужно ли вообще ему об этом знать. Я боялась, что Бэн изменит свое отношение к сыну. Ведь несмотря на то, что ребенок ему не родной, он любит его всем сердцем. Мне придется как-то принять это обстоятельство. У меня не было опыта общения с маленькими детьми. Смогу ли я полюбить сына Геннадия так же, как его любит Бэн? Сколько разных линий судьбы переплетаются в жизни между собой в единую нить, заворачиваются в единый клубок так, что не разобрать и не распутать. Одно я знала точно, и наверняка – я люблю Бэна! Люблю так сильно, что готова на все, лишь бы быть рядом, смотреть в его бесконечно серые, бездонные глаза, чувствовать его тепло, его запах. Мое тело окрепло, раны затянулись, и я чувствовала, как физическое влечение разливается горячими волнами по телу от любого прикосновения любимого мужчины. Я ловила на себе его задумчивый взгляд, и замолкала каждый раз, когда Бэн просил меня рассказать ему что-нибудь интересное. Мы молча смотрели друг на друга какое-то время, не решаясь высказать то, что переполняло нас в последние дни.

Наконец-то настал долгожданный день, когда врач тщательно провел заключительный осмотр моих ран, просмотрел результаты анализов, и довольно улыбаясь, разрешил отправляться домой. Из больницы мы выходили в сопровождении охраны. На улице нас поджидали вездесущие папарацци с многочисленными вопросами и настроенными фотокамерами.

— Потерпи, милая! Через несколько дней мы улетим подальше от этой суеты, – беря меня за руку, нежно сказал Бэн. Он задумчиво поглаживал мои пальцы, глядя в окно, на проплывающие мимо нас дома, машины, деревья.

Мое сердце учащенно забилось в груди. Бэн резко обернулся, и сфокусировал свой любопытный взгляд на моих глазах, словно он услышал этот стук, а может в его груди раздавался такой же? Я нервно улыбнулась. Бэн слегка прищурился, но я успела увидеть его расширенные зрачки. Он улыбнулся мне в ответ краешком своих резко очерченных губ, и продолжая улыбаться, снова отвернулся к окну.

— Чему ты так улыбаешься? – спросила я.

— В твоих глазах полыхает пламя, и я не хочу быть сожженным дотла до того, как мы останемся с тобою наедине.

Я почувствовала, как мое лицо вмиг раскраснелось. Остаться наедине с любимым мужчиной было единственным, на тот момент желанием. Но ожидание меня обмануло. Оставшись в моем номере наедине, Бэн не накинулся на меня с горячими поцелуями. Он лишь поцеловал меня нежно в щечку, и сказал совершенно спокойно:

— Джулия! Я безумно хочу дотронуться до твоего тела и покрыть тебя миллионами поцелуев, но нам придется отодвинуть этот сладкий миг еще на несколько дней и ночей.