Книга Океан любви. Личный ад, страница 30 – Ольга Алешкевич

Я улыбнулась, и послушно пошла за Оливером. Когда-то я спасла его, а теперь он спасает меня.

Ночью меня разбудил страшный гром. Корабль качало из стороны в сторону. Люди выбегали из своих кают, и с глазами, полными ужаса, задавали друг другу один и тот же вопрос: “Что же с нами будет?”. Капитан корабля всех успокаивал, и говорил о том, что все будет хорошо, и для паники нет причин. Обыкновенный шторм, дело обычное, но по моей спине пробежала неприятная дрожь. На всякий случай я решила одеться.

— Оливер, так что там насчет кучи приятных неожиданностей?

— Джулия, все будет хорошо, ты только успокойся, – произнес Оливер, и тут же раздался страшный треск, а корабль сильно качнуло. Все вещи повалило на пол.

— Я тебе верю, Оливер! Но все самое интересное обычно происходит после слов:”Все будет хорошо!” Так что готовься к приятным неожиданностям!

Чуть позже выяснилось, что в корабле большая пробоина, и шанс выжить невелик. В первую очередь на воду спустили шлюпки с детьми и женщинами. Стоял жуткий вой и крик. Корабль все глубже опускался в воду.

— Оливер! Я не оставлю тебя здесь!

— Джулия, милая, иди скорее, нет времени, – кричал Оливер, подталкивая меня к шлюпкам.

— Нет!

— Со мной ничего не случится. Я живучий, так что шевели своей задницей, а то не успеешь сесть в шлюпку.

— Оливер! Неужели все повторится вновь? Весь этот кошмар! Я боюсь, Оливер!

— Не бойся. Помни, что я сказал тебе однажды. Я никогда не брошу тебя! Что бы ни случилось, помни!

Вдруг раздался взрыв, посыпались искры, и дальше я очутилась в холодной воде. Теряя сознание, я успела ухватиться за небольшую деревянную доску, чудом оказавшуюся возле меня. В моем угасающем сознании проплыло лицо Оливера, затем Бэна, а после холод и мрак окутали меня своим черным покрывалом забытья.

Не знаю, как долго, уцепившись за дощечку, которая едва держала меня на поверхности воды, плавала я в бушующем море. Я очнулась уже на песке, частицы которого забились в рот, нос, облепили глаза. Солнце беспощадно палило, и я почти обсохла. Мне сильно хотелось пить. Я попробовала открыть глаза и оглядеться по сторонам. Ко мне приближались два мужских силуэта. Я попыталась крикнуть, но получилось слабовато. Однако вскоре моим глазам предстал сапог из крокодиловой кожи, затем второй. Мужчина поднял мне голову, и довольно качнув головой, сказал:

— Она жива, и, по-моему, хорошенькая. Как тебя зовут?

— Не знаю, – ответила я, пытаясь вспомнить свое имя.

— Хорошо. Мы поможем тебе вспомнить. Все будет хорошо, детка, – сказал мужчина в крокодиловых сапогах, и отчего-то его голос вызвал во мне неприятную дрожь.

— Отстань! Ты мне, не нравишься! – сказала я, и попыталась отползти в сторону, но тело ослабло, и не слушалось меня.

— Мы твои друзья, – произнес другой мужчина. – Мы поможем вернуться тебе домой!

— Домой? Вы знаете, где мой дом?

— Да, детка, знаем, – засмеялись почему-то незнакомцы.

— Хорошо, прошептала я. Лица мужчин начали таять, а затем все снова потемнело. Я потеряла сознание. Так начался второй этап моих испытаний.

Бэн Лоурс молча смотрел, как отплывает от причала корабль. Его сердце бешено билось, он курил свою сигару и ничего не видел вокруг. Он наблюдал за тем, как Джулия подошла к Оливеру, и тот обнял ее за плечи, и ничего, впервые в жизни, ничего не мог сделать. Люди давно разошлись, а он все стоял и смотрел вдаль уплывавшему кораблю. Каким чудом Джулия выжила, Бэн не знал, но сейчас, стоя у причала, он дал себе слово найти ее, во что бы то ни стало. Найти и вернуть! Теперь, когда он заглянул в ее глаза, вдохнул аромат ее волос, кожи, коснулся ее нежных, горячих губ, Бэн не мог представить себе, что сможет спокойно жить без этой женщины. Почему же она такая упрямая? Не дала ему возможности объясниться, сбежала, словно от чумы… Бэн не мог забыть сцены в лесу, когда Джулия безжалостной рукой выстрелила в кабана, спасая жизнь Мэри. Где она так метко научилась стрелять, черт возьми? Джулия изменилась, но осталась все той же единственно любимой и желанной, настолько желанной, что сводило скулы.