Книга Домохозяйки с того света, страница 67 – Юлия Шустрова

Амелия вернулась в гостиную со стаканом воды, в которую добавила шесть капель настойки тимьяна. Этот напиток успокоит разум Эвана и придаст ему храбрости.

Эван жадно выпил предложенную воду и вытер рот тыльной стороной ладони. Амелия села в кресло и посмотрела своему визави прямо в глаза. Холодный взгляд серых глаз не раздражал, а придавал сил. Этой странной женщине хотелось довериться. Будь у Эвана еще больше секретов, он не задумываясь поделился бы ими с Амелией.

— Я слушаю тебя, Эван,– прошелестел голос Амелии.

— Я не хотел, чтобы так получилось. Я лишь хотел пошутить! Но Люси приняла все за чистую монету!

— Давай с самого начала, Эван.

— Хорошо. Четырнадцатого августа Люси позвонила мне и попросила починить дверцу ее шкафа в спальне. Мы не были друзьями,– добавил Эван.– Я лишь иногда делал мужскую работу по дому: чинил бытовую технику, переставлял мебель, менял сантехнику. Если честно, я всегда чувствовал, что Люси меня недолюбливает, но что делать? Я хоть и грубоват, но работу свою знаю. Так вот, провела она меня в спальню, показала сломанную дверцу шкафа и вышла. Работа была легкая: на полчаса.

— Что было дальше, Эван?– спросила Амелия, когда рассказчик замолчал и уставился пустым взглядом в стену.

— Дальше?– переспросил Эван упавшим голосом.– А дальше я сделал то, о чем жалею по сей день. После того как я починил шкаф и убрал инструменты в ящик, я решил на пару минут присесть на кровать и потянуть время. Рут в тот день была сама не своя после разговора с дочерью, и я не хотел опять видеть ее заплаканные глаза. На прикроватном столике Люси лежала старая записная книжка с красной закладкой. Не знаю, какого черта мне нужно было проявлять любопытство и открывать чужой блокнот, но я это сделал. Открыл прямо то место, где лежала закладка. Там все было исписано красивым крупным почерком, но меня привлекли строчки, обведенные черными чернилами. Там было написано так: «Я убила ее. Но я не хотела этого делать. Так получилось. Да, я всем сердцем ненавидела эту женщину! Она сломала мне жизнь! Но я не хотела, чтобы все так закончилось».– Эван остановился и посмотрел на Амелию.

— Продолжай.

— Пока я пялился в этот блокнот, не заметил, как вошла Люси. Я быстро его захлопнул, положил на столик, но было поздно. Она все поняла. Глаза ее загорелись яростью, а губы побелели настолько, что их невозможно было разглядеть.

«Как ты посмел рыться в моих вещах! Кто дал тебе на это право!» – кричала Люси. Никогда не видел ее такой. Я хотел сгладить обстановку и попросил прощения. Сказал, что действительно сунул нос не в свое дело. Даже добавил, что не возьму плату за ремонт шкафа. Ничего не помогало. Она обзывала меня последними словами. Я все стерпел. Последней каплей стали ее слова о том, что теперь она понимает, почему Лиза сбежала из дома. «Ты самый паршивый отец на свете!» Тут я взорвался и сказал: «И это мне говоришь ты? Кто бы мог подумать, что добрая соседка окажется жестоким убийцей? Я расскажу о тебе всем жителям Спелвелли. Посмотрим, как ты тогда будешь орать». Сказал это и, хлопнув дверью, вышел. Через два дня Люси покончила с собой. Это не могло быть простым совпадением.

— Как ты думаешь, Эван, написанное в блокноте признание Люси было правдой?

— Не знаю,– вздохнул Эван.– В момент ссоры я об этом не думал. Но если Люси покончила с собой, то, наверное, и правда убила какую-то женщину. Испугалась, что я расскажу обо всем соседям. Я не хотел стать причиной смерти мисс Джонс. Я не хотел,– Эван затрясся мелкой дрожью и закрыл лицо руками.