Книга Наши темные истории, страница 57 – Эми Голдсмит

— Правда? – приглушенным голосом спросила она. – Ну, кое-что из откровений… как там было-то? «В сорных травах», «ваша темная история»… Больно это все необычно, непохоже на выдумку.

Я взглянула на спокойные воды озера под окном и невольно вздрогнула.

Лотти проследила за моим взглядом и скривилась.

— С тех пор как приехала… ничего другого не пишется.

Она подалась вперед и неловко схватила мою руку.

— Ты ведь знаешь, каково это, да? Из всех остальных ты одна знаешь, как пейзаж может… может быть связан с… – Она указала на полотна. – Ты даже не сознаешь этого, а оно – как некая сила, как подводное течение. Уносит тебя, тянет за собой на дно. Только на меня… нечто другое действует. Понимаю, странно звучит, но ты веришь, Мэг? – продолжала Лотти. – Веришь в призраков и духов? Пару раз с приезда мне слышался… чей-то…

— Плач? – подсказала я.

— Точно! – ответила Лотти, и в ее глазах вспыхнул нехороший, болезненный огонек. Она выглядела не просто усталой: осунулась, под глазами темнели круги. – Ты тоже его слышала?

— Думаю, да, – нерешительно кивнула я. – Впрочем… не знаю, может, просто приснилось.

«Если честно, Мэг, я решил, что это была ты».

— Есть местная легенда, я первый раз ее услышала еще в детстве. Она о банши, водном духе, который вроде как обитает в озере и кошмарит окрестности, – низким, заговорщицким тоном поведала Лотти. – Спроси кого угодно в городке, тебе расскажут. Почти все местные верят, что это правда. Нет, даже больше. Они боятся банши. Это изможденная женщина с прямыми волосами, с которой ручьями стекает вода. И она постоянно плачет. Если услышишь ее крик, значит, скоро ты или кто-то из твоих близких умрет.

В голове промелькнуло слово «ПРЕДВЕСТНИЦА».

Я испытала мимолетное облегчение.

По ходу дела, это Лотти вчера подстроила ответы доски Уиджа. Но для чего? Возможно, Себ прав, и приезд сюда был ужасной ошибкой.

Даже не догадываясь, о чем я подумала, Лотти продолжала:

— Несколько веков назад, вскоре после возведения этого дома, местные видели, как в том озере утопилась женщина вместе с ребенком.

Я, нахмурившись, посмотрела на Лотти:

— Боже, почему?

— Это произошло во время Голода. Думаю, женщина знала, что их все равно ждет смерть, вот и решила… избавить себя и ребенка от мучений. Считают, что она стала банши.

В отчаянной попытке поднять нам настроение я заставила себя сменить тему:

— Вспомнила! Сайра говорила, типа нас позвали на какую-то выставку этим вечером.

Лотти снова посмотрела в окно:

— Заманчиво, правда? Папа сумел втиснуть меня в список участников в последнюю секунду, так что мне придется поехать туда сегодня днем, помочь развесить вот это. – Она указала на большие холсты. – Ну да, ясное дело, это не Лондон, но я рассчитываю завести кое-какие связи на будущее, когда организую здесь ретрит.

Я кивнула в направлении каприза:

— Ты упускаешь столько возможностей, не открывая башню. Только представь, какой вид с вершины! Оттуда, наверное, даже океан можно разглядеть.

По лицу Лотти пробежала тень. Она встала и, повернувшись ко мне спиной, снова завозилась у раковины.

— Да, потенциал есть, но предки считают, что башня – развалина. Ее, скорее всего, надо снести и отстроить заново, чтобы стало безопасно. – Она помолчала. – А ты как, смогла наверстать упущенное с Лори? Я рада, что она наконец приехала.