Книга Слепая. Бывшая хозяйка старого поместья, страница 25 – Дия Семина

— Мне жаль, что с нами произошли эти неприятности.

— Нет, сейчас вам не жаль. Вот зимой, когда матушка от скуки сбежит, мои друзья перестанут нас навещать, вот тогда мы взвоем, отрезанные от общества, от цивилизации. И вы мне нужны, больше, чем я нужен вам, сударыня, по крайней мере, пока вы интересны, как собеседница и как пианистка. Посему я пытаюсь вас подкупить, выбрав милый подарок в захудалой провинциальной лавке, сейчас подам.

Он выговорился, и тем вогнал меня в ступор. С этой позиции я вообще не успела подумать о нашем будущем. Мы как два полярника, запертые в четырёх стенах на неопределённый срок. И к весне, скорее всего, взбесим друг друга.

Дмитрий Назарович встал из-за стола и принёс из другой комнаты большой короб, обклеенный обоями и перевязанный белой лентой, поставил на край стола, решая, как лучше устроить сюрприз незрячей приятельнице, или с этого дня «подруге по несчастью».

— Позвольте вашу ручку, надо было в такой момент попросить закрыть глаза, а я не знаю, как вам показать. Неуклюжий момент, однако. Но вам придётся довериться моему вкусу, уж поверьте, я немного разбираюсь в женской моде. Этот фасон прошлого сезона, но многие дамы носят его и по сей день.

Мне снова пришлось испытать неуютный момент крепкого рукопожатия. Он словно выдернул меня со стула, подхватил за талию и провёл к коробу.

— Вы справитесь сами?

— Да. Вы так любите дарить подарки?

— Я люблю эффект от них. И есть ещё кое-что…

— И что же? — мой голос понизился до заговорщицкого шёпота, но я вдруг поняла, что он сейчас проверяет меня, причём спонтанно. Искренность реакций на подарки или мой вкус, должно быть, его невеста слишком своеобразно реагировала на дары Его Милости, как принцесса из «Свинопаса» Андерсона, или обладает великолепным чутьём на модные веянья.

— Хочу увидеть искреннюю реакцию человека, не слишком-то заинтересованного во мне. Вы ведь не заинтересованы…

— Наш разговор заходит не в ту степь, — скорее кладу руки на короб, нащупываю бант и развязываю его. Также на ощупь нахожу край крышки и приподнимаю. Осталось опустить руки, и я решила немного неуместно пошутить. — Надеюсь, там ничего опасного?

— Для вас нет, для меня определённая опасность есть, доставайте.

Мне пришлось опустить руки и извлечь из короба капор с завязками лентами. И обильно усеянный яркими, дешёвыми, искусственными цветами, но не с внешней стороны, а с внутренней. Словно модница надевает на голову корзину с букетом, причём корзину, предназначенную для кладбища. Демонстративно ощупав шелестящее изобилие накрахмаленных лепестков, подняла вопрошающий взгляд на Его Милость.

— Это что?

— В каком смысле, что? Это шляпка!

— А мне показалось букет искусственных цветов. Их так много, что я теряюсь, каким образом вообще это можно носить на голове? — спросила искренне, и тут же начала «примерять» задом наперёд, вспомнив шалость Скарлетт из «Унесённых ветром».

— Вы меня удивили. Это же писк моды, что цветы не на внешней стороне, а как бы обрамляют личико девушки, — в его голосе послышалось замешательство. — Позвольте, я вам помогу.

Снял с моей головы клумбу, повернул как надо, и подойдя ещё ближе, осторожно надел свой подарок. Мне пришлось закрыть глаза, чтобы ненароком не проследить за его руками, в тот момент, когда он завязывал пышный бант под подбородком.