Книга Развод с холодным драконом. Хозяйка Снежной долины, страница 65 – Светлана Романова

— Такого не случится, Томас. Ты очень хороший мальчик. Чудесный и добрый. Твой дракон будет счастлив остаться с тобой.

Томас обнимает меня в ответ, и мы так сидим ещё некоторое время, болтая о важных детских делах. Слушаем, как стремительно усиливается ветер. Как он настойчиво стучится в окно. Очень надеюсь, что это не ураган.

Тесто уже шипит и надувается. Его объем значительно увеличился. Разогреваю тяжелую чугунную сковороду и добавляю туда немного жира. Бережно ложкой укладываю небольшие порции теста на сковороду и наблюдаю, как они шипят и подрумяниваются, наполняя кухню аппетитным ароматом.

Когда оладьи готовы, выкладываю их на белоснежное блюдо с замысловатым орнаментом. Достаю баночку с икрой и накладываю немного в небольшую глубокую миску. Пробую. М-м-м! Вкусно. Сочетание свежести, солоноватости и легкой сладости приятно будоражит рецепторы.

Смело несу угощение на стол. Томас умчался звать Михеля к столу, а я занялась чаем.

За окном бушует пурга, которая, кажется, слилась с самим ветром, превращаясь в яркое, а порой и зловещее зрелище. Снеговые вихри закручиваются в бешеном танце, создавая белоснежные завесы, которые прячут мир за стеклом. Густые массивы снежных вихрей накрывают улицу, сливаясь с небом, лишая горизонта четкости.

Надеюсь, с теплицей ничего не случится. Не хотелось бы начинать всё заново.

Ветер воет, словно дикий зверь, проносясь мимо окна, и от его силы трясутся рамы, будто в страхе.

— Скоро метель утихнет, малец! — голос Михеля совсем рядом. Вздрагиваю. — Урагана не будет.

— Откуда вы знаете? — Томас уже уселся на свое место и протянул руку к оладику.

— Первое — нет резких порывов ветра. Он сильный, но дует с одинаковой силой. Второе — я посмотрел на небо. Вдалеке оно чистое. Вскоре бушующая стихия пройдёт мимо.

С трудом заставляю «мужчин» попробовать икру. Они упираются так, словно от этого их жизнь зависит. Приходится на своём примере показывать, как это вкусно. Щедро накладываю красную икру на оладик и с аппетитом откусываю кусочек, всем видом показываю, что еда, пальчики оближешь.

Первым сдается Михель. Нарочито опасливо отправляет в рот немного икры, катает её на языке, и когда шарики лопаются, выражение его лица меняется.

— А это вкусно! — выносит вердикт магистрат, накладывая побольше икры на оладик.

— Ещё и полезно, — добавляю, хлебнув чай из небольшой кружки.

Томас повторяет всё в точности за Михелем, но как только икра попадает к нему в рот, кривится и бежит к мусорному ведру, чтобы выплюнуть.

— Это не вкусно! Вы обманули меня? — ребёнок обиженно смотрит на нас и пьет много воды, зачерпнув её кружкой из ведра.

— Конечно, нет, солнышко. Просто вкусы взрослых и детей различаются. Когда вырастешь, то икра покажется тебе вкусной, — подкладываю мальчику оладушек в тарелку.

— Это правда, Томас. Вот я в детстве не мог есть лук. Он казался мне таким мерзким. Не понимал я, как взрослые его едят и приговаривают, какой он вкусный. А когда сам стал взрослым, понял, что без него еда для меня невкусная, пресная.

— Ты сказал правду Томасу? Метель скоро закончится? — мою посуду и аккуратно ставлю её в шкафчик.

Томас пошёл играть в гостиную. Ему очень нравится листать старые книги и рассматривать картинки. Иногда он даже представляет, что уже принял зверя и стал драконом. Накидывает на плечи простыню, словно она это крылья, и носится по дому, громко сообщая всем, что это он так летает.