Книга Побег за истинной, страница 67 – Майя Марук

От этих слов стало не по себе. Я и так догадывалась о том, что ее где-то держали, но оказалось, что догадываться и знать наверняка — совершенно разные вещи.

* * *

Дара

В доме было тихо. Пахло стерильной свежестью. Из-под кровати в поисках мусора выполз крошечный робот-уборщик. Белое пластиковое устройство лихорадочно переливалось устаревшими диодными лампочками и время от времени недовольно хрюкало.

Я разделась, постояла под горячим душем и только сейчас поняла, насколько сильно была измотана. Тело ныло, глаза слипались. Укуталась в полотенце, вышла из ванной, взяла диск, который дал Ксар, и нашла глазами кофе, который оставил для меня ирд.

За эти несколько дней его в моей жизни было больше, чем за полгода совместной жизни. Я не хотела думать над тем, с чем это связано. Боялась расстроиться. Заварила кофе, покрутила в руках металл. Интересно, и как его носить с собой, чтобы не потерять? Или чтобы воспользоваться в критической ситуации? Может, у военных Ирдана они были куда-то интегрированы? Или вшиты в одежду?

Еще несколько минут покрутила диск в руке, а потом вернула в карман рабочего комбинезона. Кажется, в нем я проводила большую часть времени. А потом вспомнила лицо убитой Рахимы. Возможно, если бы у нее был этот предмет, то она бы сейчас не была мертва.

Ксар, может, и был бесчувственным столбом, но даже здесь он умудрялся заботиться о моей безопасности. Главное, чтобы эта благодарность не начала подпитывать влюбленность. Хотя кому я вру?

Я сделала глоток идеально горького напитка и вспомнила лицо ирда: спокойное, безразличное, красивое. Хотя мне никогда такие, как он, не нравились. С мужчинами у меня не было опыта. Но чисто с точки зрения эстетики внимание всегда притягивали темноволосые красавчики с открытыми улыбками и темными глазами. Наверно, марсианский следователь гораздо больше подходил под мой типаж идеального мужчины, чем Ксар. Но сердце предательски замирало только в присутствии министра. И ни на кого другого больше не реагировала. Оставалось надеяться, что это все юность и гормоны.

Я допила кофе, сбросила полотенце и пошла к шкафу в поисках пижамы. По спине пробежал холодок. Быстро осмотрелась. Все двери и окна были закрыты. В дальнем конце комнаты стояли букеты. Они по-прежнему выглядели свежими и не хотели увядать. Спину словно обжег чужой взгляд. В служебных домах стояли камеры, но они отключались автоматически, когда система видела, что хозяин дома в помещении один, и включала запись при появлении посторонних. Я несколько секунд смотрела в точку, где была установлена система наблюдения. Индикатор показывал, что камера в спящем режиме. Надела пижаму, подошла к пульту управления, перевела систему в режим постоянного наблюдения. Так казалось безопасней.

— Пора обратиться к психотерапевту, ― сказала вслух. ― Это явные признаки повышенной тревожности.

А потом посмотрела на цветы, вспомнила про Рэмми и поняла, что тревожность была вполне обоснованной. Перед глазами всплыло воспоминание, как юпитерианец появился в мастерской. Помятый, с поврежденными костяшками на руках.

Наверно… Наверно, можно было бы предположить, что он избил марсианку. Его же не просто так забрали? Но, с другой стороны, девушка была так изуродована, что вряд ли бы там дело обошлось только содранными костяшками? Повреждения должны были быть серьезней. И она наверняка сопротивлялась. Не могла не сопротивляться. Иначе зачем так избивать?