Книга Семь причин не влюбляться, страница 68 – Янка Рам

Моя женщина... Таковы рефлексы!

Здороваюсь за руку с её окружением по очереди. Представляемся по именам.

— Рассказывайте, - прикуриваю сигарету.

— Нечего рассказывать, - обсуждают мужики. - Сигнализация заорала - вышли. Но уже все...

На машине разбита лобовуха и несколько вмятин - капот, дверь водителя, багажник.

— Ментов вызвала... - пожимает она плечами. - Я всегда здесь тренируюсь в это время. Вряд ли моя машина была выбрана случайно.

Мужики уходят в качалку. Остаёмся вдвоём. Достаёт тоже сигареты.

— Ну вот, за гаражами мы уже покурили... - смотрю на гаражи напротив.

Улыбается.

— От тебя не увернуться...

Профессиональная деформация! - прикусываю язык, чтобы не ляпнуть.

— Мысли есть - кто?

— Да бог его знает... Завтра Тихомиров мой приедет, подумаем.

— Твой - это Трайковский, - ревниво бросаю я. - А у Тихомирова твоего другая пассия.

— Какая пассия? - сердито. - Он женат.

— Да ладно?!

Лера от женатого залетела? Это все усложняет!

Настороженно смотрим с ней друг на друга.

— В смысле - "да ладно"? - подозрительно прищуривается она.

— Разберёмся, - хмурюсь.

— В чем?

Подъезжают менты. Молодняк совсем.

— Сядь в машину, пожалуйста, я сам с ними поговорю.

— Ну я же вызвала.

— Это такой бонус, Зоя Васильевна. Если у тебя есть я, то не обязательно все решать самой, - за руку увожу, усаживая внутрь.

— Прекратите торговать меня, Станислав Олегович.

— Не могу. Душа все ещё не выкуплена.

Захлопываю дверь.

Представляюсь, показываю ментам корочки, объясняю что к чему. Получаем из следственного несколько видео с наружных камер. У самого клуба нет ни одной, к сожалению.

Но за поворотом есть, и следаки скидывают несколько фоток лиц, которые выходили или выезжали на машинах из периметра.

Сажусь к Зое. Листаю фотки.

— Узнаешь кого-нибудь?

— Мм... нет. Вот! Этого знаю.

— Кто это?

— Классовый враг, - поджимает губы.

— Мог?

— Мог!

— Быстро мне, как на духу, суть конфликта.

— Он... - вздыхает. - Только не осуждать, ок?

— Торжественно клянусь.

— То дело на Тихомирова, помнишь? Ты сказал, что оно закрыто. Это вот он подал иск...

— А... Ну как же, помню. Если громил его квартиру Тихомиров, то почему тачку разбили тебе?

— Потому что... Все знают, что мы... В некотором роде... Как две половины одного целого.

— Ты спала с ним? - не моргая, слепо смотрю в окно.

— Нет. Он... как брат мне.

— Херня...

— Иди к черту.

— Просто скажи мне правду! В чем проблема?

— Я в отличие от тебя никогда не вру.

— Это утверждение уже содержит ложь. Я ни разу не соврал тебе.

— Я не поняла... - свирепеет она. - Это сцена ревности?

— Да. Видишь, я тоже никогда не вру.

Дергает ручку, пытаясь выйти. Но я за мгновение успеваю нажать блок.

— Трайковский... Там менты ждут.

— Подождут.

— Окей, - ухмыляясь разводит руками. - И что ты хочешь от меня?

— Хочу, чтобы каялась, признавалась мне в любви, убеждала, что я первый и единственный. Трахалась со мной всю ночь. И обещала преданно любить до конца дней наших. Но... достаточно просто дать мне отдышаться и ещё раз сказать "нет".

— Нет, - косится на меня с усмешкой. - Отдышался?

— Еще пару минут... И в качестве жеста доброй воли приму поцелуй.

— Нет! - дергает выразительно бровями.

— Окей, отложим.

Выхожу, раздаю цу ментам. Задержать, морально прессануть, допросить. Найти свидетелей.