Книга Семь причин не влюбляться, страница 38 – Янка Рам

Но Стасу нравится... Я все чувствую.

В горле ком. Я не звоню ему, не предъявляю. Не расспрашиваю.

Единственное, что я хочу сейчас, это разорвать с ним всякую связь. Потому что внутри меня хаотичная буря из всяких стремных чувств. Поэтому, головой я хочу это прекратить одним махом. А сердце мое, больно и быстро бьётся от этой мысли.

И я сижу так очень-очень долго.

Не в силах прийти в себя.

Дергаюсь от звонка.

— Савельева... - отвечаю не глядя.

— Деньги за кольцо на твоём счету. Тихомирову принесут извинения.

Хлопаю глазами.

Интересно...

— Зоя?

— Я слышу.

— Это - недоразумение.

— Хорошо. Я поняла.

— Я хочу увидеть тебя вечером.

Молчу, не имея внутри однозначного решения.

— Зоя?

— Стас... Я... - медленно подбираю слова. - Наверное, я…

Ты собираешься его отшить, Савельева?

Не делай этого! Не делай... - рождается внутри истерика. Он не будет упираться рогом! Ты пошлешь, он уйдет. И все на этом!

Ну и пусть...

От болевого спазма теряюсь.

— Так. Стоп. Куда-то тебя не туда понесло. Я приеду к тебе, скажешь мне, если что-то хочешь сказать.

— Нет... Ко мне - нет.

— А что так? Почему я не могу приехать к тебе? - сдержанно, но… нерв проскальзывает.

— А почему я не могу к тебе?

— Эм...

— Вот, по той же причине.

Психанув, вырубаю телефон.

Все! Тебе нужен детокс от этого мужчины! Ты уже крышей по нему поехала. Не надо влюбляться, Зоя, в темных лошадок, не надо...

— Станислав Олегович, дайте завтра выходной, пожалуйста, - догоняет меня помощник.

Команда вся новая. Люди чужие. Срастаемся тяжело. Мне их навязали, им - меня.

— Я себе не могу даже выходной дать, Коровьев. У нас же завал. Чем вы тут вообще занимались последние два года? Где этот... - щелкаю пальцами. - Человек-шампанское. Дюрсо!

— Дюрсо уехал по вашему вчерашнему распоряжению.

— А почему только сегодня?!

Разводит руками.

Отбираю у него из рук бумаги.

— Что это?

— На подпись вам.

Устало пролистываю, бегло прочитывая первые строки бумаг.

Листаю, листаю...

— Стоп.

Показалось?

Даже не сразу понимаю, что именно.

"Отматываю назад". Проглядывал бумаги внимательнее.

— Тихомиров... - читаю фамилию. - Светозар Богданович.

Ну двоих таких точно быть не может. Пробивал я этого персонажа. И сегодня именно с ним разговаривал. Это его прессанули за мое кольцо.

Читаю внимательнее.

Мои брови взлетают вверх. Поднимаю взгляд на Коровьева. Опускаю снова в текст. "...Предположительно Тихомиров, зашёл в квартиру, разнёс битой всю дорогую технику. Угрожал жизни и здоровью...".

Перелистываю на следующую страницу.

"По результатам проверки достоверно установить личность не удалось, прошу возбудить уголовное дело...".

— Это кто у нас?

— Говорит, менты не работают с его заявлением. Принес жалобу и вот... - кивает на бумагу.

— Фамилия какая-то знакомая у него. Он сам то не фигурировал?

Вообще, у меня конечно, вал фамилий в голове. Я разгребаю Авгиевы конюшни за бестолочью, что работал до меня.

— А как же. Фигурировал. По десятку исков. Но все бездоказательные. Это Дюрсо пациент.

— Ааа... Это тот, который старушке слезоточивый газ в квартиру пустил?

— Так точно.

Складываю листы пополам, убираю в карман пиджака.

— Шампанскому передай, дело Тихомирова не возбуждать. А те дела поднять, оживить, добить.

— Но висяк же, Станислав Олегович! Слово против слова. Только статистику нам загадит.