Книга Кредит на любовь, страница 74 – Илона Шикова

— Какая свадьба? – оживает Светка.

— Ах, дорогая, – делаю ехидную улыбочку, поворачиваясь снова к девушке лицом. – Я же не успела тебе рассказать, что Эдуард сделал мне предложение как раз накануне нашего с тобой отъезда! Скажу тебе больше, он и у отца официально попросил моей руки. Да, кстати, – подхожу к ней и хлопаю по плечу. – Если бы ты просто честно мне сказала, что Эдик тебе нравится, я бы с удовольствием тебе его уступила. Мне он даром не нужен, о чём тебе хорошо известно. Будьте счастливы.

И я выхожу из комнаты, слыша, как мужчина выкрикивает мое имя с просьбой остановиться.

Обуваюсь и пулей вылетаю в подъезд. Два этажа, и я оказываюсь на улице. Сажусь за руль, завожу мотор и выезжаю со двора.

Предательство лучшей подруги добивает окончательно. Я честно ей сказала, что уступила бы ей Эдика без вопросов, раз он ей так нужен. Но шашни за своей спиной не прощу. Почему, Господи, двое самых близких людей делают мне больно? Один сбежал, ничего не объяснив, другая предала, переспав за моей спиной с моим же так называемым женихом. Сделала одолжение, не спорю, но все равно больно.

Родителей дома нет, что мне сейчас на руку. Поднимаюсь к себе в комнату, распаковываю чемодан, чтобы хоть немного отвлечься от мыслей, которые приносят только боль, после чего падаю на кровать. Даже слёз нет, одно разочарование и обида, горечь от которых душит сильнее, чем раньше, не давая возможности вздохнуть полной грудью.

И что же мне теперь делать?

Два месяца спустя…

Кристина

— Доченька, какая же ты у меня красавица!

Мама подходит и становится рядом, глядя вместе со мной в зеркало. Да уж, красавица, ничего не скажешь. Сегодня пришлось наложить толстый слой тонального крема, а сверху – такой же слой пудры, чтобы хоть как-то замазать темные круги под глазами, новые морщинки, и придать лицу немного яркости. Слишком бледное оно у меня в последнее время, ничего не могу с этим поделать. Да и не хочу, если честно.

Я ни с кем не делилась своими переживаниями, поэтому родители списали мою бледность, уставший вид и апатию на тяжелый разрыв с Эдиком. Пусть думают, что хотят, лишь бы оставили меня в покое и не доставали своими нравоучениями.

Первые две недели подушка по ночам становилась мокрой от слёз. Меня душил и мучил один вопрос – за что Ринат со мной так поступил? Потом настало безразличие, точнее какая-то ярость затопила моё сердце, и я решила – хватит! Страдать, плакать и мучиться неизвестностью. Достаточно! Раз он так поступил со мной, значит, он просто не достоин меня. А моих слёз так и подавно.

Но легче не становилось. От слова вовсе. И через пару недель я всё-таки решила попробовать еще раз – позвонила в отель и нарвалась на Жанну. Причем она в категоричной форме отказалась мне называть фамилию Рината, а также давать его номер телефона. И его друзей, кстати, тоже. Еще и заявила, что Аллочка уволилась, а значит шансов у меня нет никаких.

Дожилась, как говорится, на старости лет. Я, кандидат экономических наук, имеющая математический склад ума, всегда собранная и предусмотрительная – не знаю фамилии парня, с которым провела больше недели вместе! Как?! Вот как такое могло случиться?

Если бы моя бывшая подружка Светка заявила мне о том, что она не знает фамилии своего парня (а она большинство имен с трудом запоминала, через неделю после расставания забывая их напрочь), я бы просто рассмеялась, потому что это в её духе. Но как могла так поступить я?