Книга Вредина для Чемпиона, страница 76 – Илона Шикова

— Долго издеваться будешь? – ворчу, но мое ворчание больше похоже на рык загнанного зверя, чем на раздражение или плохое настроение. Как бы не сорваться раньше времени, еще и на ни в чем не повинном человеке.

— Не замужем, – аккуратно произносит Роман Иванович, кивая головой в такт словам. – Ни разу не была.

— Да знаю я! – выпаливаю резко и довольно громко, правда, сразу же беру себя в руки и уже спокойнее добавляю: – Извини, нервы совсем ни к черту.

— Вот скажи мне, Леша, – мужчина акцентирует на последнем слове и откидывается на спинку стула, принимая вальяжную позу и закидывая ногу на ногу. – Чего тебя так плющит?

— Я ее ненавижу, – негромко, но довольно жестко вырывается у меня, чтобы Роман Иванович и дальше не начал задавать ненужные вопросы.

На которые нет ответов. И не будет. Но мужчина не унимается и ехидным тоном произносит:

— Да? – поднимает одну бровь вверх и смотрит мне в глаза с какой-то издевкой. Молчу, ничего не отвечая, да и что тут можно сказать. – Ты же знаешь, я люблю конкретику, а не пустые слова. Еще раз и по полочкам, – делает паузу, не отводя своего пристального взгляда. – Ты ненавидишь Нику, и потому решил отомстить ей за свою глупую обиду с помощью ребенка? Не разочаровывай меня, – грозно произносит, когда я открываю рот, чтобы ответить.

Не дает мне вставить ни слова даже в свое оправдание. И мое раздражение вкупе со злостью и дурацкой ненавистью начинают постепенно угасать. Как бы и вправду в таком состоянии не наделать глупостей, поддавшись эмоциям и не думая головой.

— Ты главного не рассказал, – пытаюсь держать себя в руках, но голос все равно немного дрожит. Потому что боюсь услышать правду.

— Марк Алексеевич Крестовский, – начальник безопасности отделяет каждое слово и внимательно наблюдает за моей реакцией. – Родился третьего октября в Лондоне. Сейчас мальчику четыре года и чуть больше двух месяцев, – я отвожу взгляд от мужчины и задумываюсь, пытаясь в уме отнять девять месяцев от даты рождения ребенка. – Да твой это, твой, не считай ничего.

— М-мм, – стону, облокачиваюсь на стол, закрываю глаза и обхватываю голову руками.

Алексеевич уже о многом говорит, да и считаю в уме я быстро – отнять девять месяцев не составляет труда. Новый год, почти пять лет назад, который стал для нас откровением, а после горьким разочарованием. И теперь, как оказывается, еще и счастьем.

— Что делать собираешься? – прерывает мои тяжкие мысли Роман Иванович.

— А что ты предлагаешь? – открываю глаза и смотрю на начальника службы безопасности, так как и сам не знаю, что делать дальше.

Вариантов масса, но они все никуда не годятся.

— Для начала поговорить, – он разводит руками и кривит губы. – Это еще никому не помешало.

— А если начнет сопротивляться? В отказ пойдет и не захочет меня признавать отцом? – вопросы сыплются друг за другом, и я очень надеюсь, что мой старший товарищ сейчас вправит мне мозги на место.

— Ты поговори, а там дальше будем думать. Я почему-то уверен, что это Крестовский на нее так повлиял. Она, конечно, девка импульсивная и эмоциональная, но не дура. А он, – мужчина ехидно усмехается, – старый козел с манией величия.

— Если она откажется, – я все еще держу себя в руках, но, чувствую, надолго меня не хватит. – То я потащу ее в суд. Экспертизу ДНК у нас еще не отменяли, насколько мне известно.