Книга Укрощение строптивых 2, страница 141 – Маргарита Светлова

Но раздался оглушительный грохот, и я едва успела закрыть глаза, так нас озарило вспышкой света такой силы, что можно было ослепнуть даже с зарытыми глазами. И только когда свет ослаб, я открыла глаза и чуть не умерла от страха.

— Демиян, родненький! — заголосила я, вцепилась в мужа всеми конечностями, словно обезьянка. — Мы и правда парили над миром!

— Ну наконец дождался! А то всё папочка да папочка, — усмехнулся он.

— Ладно, глумиться будешь потом… Что происходит?

— Мелкая, не бойся, я с тобой!

— А я не боюсь, я в панике! — честно призналась и прикрыла глаза.

— Ты же смелая…

— Я смелая, но не самоубийца! — парировала и вспомнила, что у мужа есть крылья, и тут же успокоилась. — Ты прав, чего беспокоиться, у меня муж крылатый!

— Умница, — улыбнулся он, а я посмотрела вниз.

Когда увидела, что там происходит, вспомнила слова прадеда про превращение уродливого в прекрасное. Источник магии, словно полноводная река, растекался по нашему миру, и там, где он протекал, все изменялось: уродливые мертвые пустоши превращались в богатые зелёные долины и леса, а все страшилища вернули свой настоящий облик — ими оказались жителей нашего мира. Некоторые смотрели на себя, другие вокруг, и все плакали от счастья.

— Нифига себе поиграли… — присвистнула я.

— Юля, ты посмотри, какая красота вокруг! — весело рассмеялась Вел.

Я повернула голову на голос — недалеко от подруги в объятьях любимых парили Светик и Рэн.

— Слушайте, это, конечно, все хорошо, и, как я понимаю, мы победили зло, но мне бы хотелось вернуться на твёрдую землю. Я всё-таки человек, а не птица, и парить мне как-то непривычно… — высказала и мое мнение Светик.

— Ваше желание для нас закон, — ответил Алан, и мы устремились к шатерному лагерю.

Даже свист рассекаемого воздуха не мог приглушить дружный вздох облегчения и раскатистый хохот мужчин. Я бы своего стукнула, чтобы не ржал надо мной, но не рискнула — вдруг он от неожиданности разомкнёт руки? Крепче вцепилась в него — пусть почувствует силу моей любви, демонюга!

Мы вернулись в лагерь, там царила суматоха, никто не понимал, что происходит.

— Знаете, мы, конечно, избавились от завоевателей, но породили панику, а это тоже плохо. — высказалась по этом поводу Светик.

— Не переживай, сейчас папа всех к порядку призовёт, — рассмеялся Алан.

И был прав. Стоило появиться нашему императору и начать толкать речь своим звучным голосом, как все окружающие нас звуки пропали. Птицы притихли, даже ветер не рискнул дуть, чтобы, не дай бог, листочек не встрепенулся и не нарушил тишину! Короче, все замерли и внимали каждому слову, как оказалось, гениальному оратору.

Суть его речи был в том, что мы победили страшное зло, предатели нашего мира наказаны, и теперь у нас единая империя, и мы все теперь братья и сёстры, короче, должны любить друг друга и помогать ближним, а если кто против, то каюк. И ещё, он ради нашего блага готов взять непосильную ношу и возглавить империю. И опять, если кто против, то каюк. Как оказалось, каюк никто не хочет, все только за! После его пламенной речи народ радостно кричал: «Да здравствует Импиратор Фергус и его прекрасная жена!» — то бишь наша верховная, у которой уже, кстати, слегка округлился животик.

После своего выступления императорская особа снизошла до общения с нами. Ну, думаю, ща начнётся, поклоны там всякие, а-н нет.