Книга Заноза для Ромашова, страница 64 – Маргарита Светлова

— Ты мне прозвище придумала? — удивлённо приподнял он бровь.

— Ну а чем я хуже тебя… Терминатор?

— Терминатор? — удивился он.

— Ага, такой же непробиваемый и упёртый, — с вызовом смотрела я на него.

А у него глаза искрились весельем.

— Когда будет готово — позовёшь, Канареечка… — Рассмеялся он и, развернувшись, вышел из кухни.

А я, как дура, смотрела ему вслед и любовалась. А ещё он мне понравился веселым, и смех у него красивый. Господи, кажется, я в него влюбилась…

Глава 26

Новость, что моя сестра вышла замуж за Лютого, прозвучала для меня как гром среди ясного неба. Я чудом не потеряла сознание — в глазах всё потемнело. Ромашов что-то говорил, а я не слышала. В голове пульсировала только одна мысль: он так же, как Андреев, заставил Милу.

А потом я буквально обезумела. Металась по комнате, как зверь в клетке, не зная, куда себя деть. Терминатор попытался меня успокоить — положил руку на плечо, что-то сказал, — а я отшатнулась и накинулась на него с обвинениями. Ложными, несправедливыми, но мне было плевать. Мне нужно было кричать. Нужно было хоть как-то выпустить этот ад, который разрывал меня изнутри. Иначе я бы просто сошла с ума. Прямо здесь. Прямо сейчас.

Из-за меня сестра попала в беду!

— Ты чего так взвилась? Неужели не рада за сестру?

— Рада? — горько усмехнулась я, глядя с ненавистью на Терминатора. — То есть я должна прыгать от восторга, что она сама вышла замуж, а меня счастья лишила? — Он опешил после моего выпада. — Ненавижу вас всех! Ненавижу! Убирайся из комнаты! Видеть тебя не могу!

Я знала, что говорю чушь. Сестра не виновата, она просто попала в ту же ловушку, что и я. И он не виноват, это его работа. Но мне нужно было, чтобы они поверили в мою злость и обиду. Зачем — пока не понимала, просто знала, что так нужно.

А когда наступала ночь, я судорожно пыталась придумать, как из этого выпутаться. «Боже, что я натворила… Он, наверное, такой же извращенец, как Андреев. Потерпи, Мил, я спасу тебя. Обещаю». Я зажимала рот, чтобы не закричать, тихо плакала.

Но мой срыв, граничащий с безумием, продлился недолго. Одним утром я поняла: у меня только один выход — спасти Милу от мерзавца. Не станет меня — правда откроется, и она сможет избавиться от этого навязанного брака.

Терминатор зашёл и вновь попытался меня успокоить.

— Канарейка, ну хватит так убиваться. Да, обидно, что тебя на свадьбу не пригласили, понимаю. Но сама же знаешь — сейчас это опасно. Я же вижу, что ты сестру любишь, пусть и пытаешься это скрыть. Почему, правда, не пойму. А за неё не переживай, Лютый пусть мужик и резкий, но нормальный, многие женщины мечтали бы быть на месте твоей сестры: богатый, красивый… И ты не в накладе останешься.

Я не верила.

Я никому из них не верила.

И тем более Андреев мне тоже о подобном пел: всё, что пожелаешь, — всё будет. Разве я была тогда счастлива? Хотела с ним прожить всю жизнь? Брак по принуждению — это как заточение в тюрьме, только, в отличие от неё, приходится контактировать с палачом и потакать его прихотям. Нет, такой судьбы я Миле не желала. Мы с сестрой считали, что муж должен быть похож на нашего отца — он был надёжный, как скала, добрый, ответственный. А не эти зажравшиеся скоты, которые считают, что им всё можно. Нет.