Книга Искушенная грехом, страница 87 – Дэни Ли Мэй

— Этого недостаточно, Деймон. Я не думаю, что когда-либо было достаточно.

Долгая пауза, и когда он снова говорит, его голос другой. Жестче. — Есть кто-то другой, да? Дело не в том, что нас недостаточно. Ты мне изменяла.

Обвинение бьет, как пощечина, отчасти потому что это правда. Я целовала Себастьяна, пока была с Деймоном. Я пошла к нему через несколько часов после разрыва.

— Это не...

— Кто это, Сафи? Какой-то парень с работы? Кто-то, кого ты встретила в том клубе? — Его голос становится громче, агрессивнее. — Как долго это продолжается? Ты, блядь, шлюха!

Я вздрагиваю от его слов. — Это неважно. Важно то, что мы закончили.

— Мы не закончили, пока я не скажу, что мы закончили! — Крик заставляет меня снова вздрогнуть. — Три года, Сафи. Три гребаных года моей жизни, вложенных в тебя, в нас. Ты не можешь просто уйти.

Собственничество в его голосе, так отличается от сдержанной интенсивности Себастьяна, что заставляет мою кожу ползти. — Да, могу. Так работают расставания.

— Нет. Не мы. Я не позволю тебе разрушить то, что у нас есть, из-за какого-то кризиса.

Линия обрывается. Я смотрю на телефон, мои руки слегка дрожат.

— Что он сказал? — мягко спрашивает Бет.

— Что он не отпустит меня. Что это не конец. — Я кладу телефон с большей силой, чем необходимо. — Боже, Бет, я жила с ним три года. Почему я никогда не видела эту его сторону?

— Потому что ты никогда не пыталась уйти раньше. Некоторые люди показывают свое истинное лицо только тогда, когда теряют контроль.

Мой телефон снова жужжит. Еще одно сообщение от Деймона: Прости, что накричал. Я просто боюсь потерять тебя. Пожалуйста, давай встретимся и поговорим нормально.

Затем еще одно: Я знаю, где ты. Кафе на Милл-стрит. Я вижу тебя через окно.

Мы с Бет поворачиваемся к улице, сканируя лица прохожих. Вон там, через дорогу, стоит под навесом магазина. Деймон. Он поднимает руку в маленьком приветствии, когда видит, что мы смотрим.

— Черт, — выдыхаю я. — Он следил за мной.

— Пошли. — Бет хватает меня за руку. — Мы уходим. Сейчас.

Мы быстро собираем вещи, Бет оставляет деньги на столе, пока я стараюсь не смотреть в сторону окна. Но я чувствую его взгляд, чувствую тяжесть его взгляда, когда мы направляемся к черному ходу.

— Он идет за нами? — спрашиваю я, когда мы выскальзываем через заднюю дверь в переулок за кафе.

Бет оглядывается. — Я его не вижу. Но, Сафи, это серьезно. Тебе нужно кому-то об этом сказать.

— Сказать что? Что мой бывший парень расстроен из-за нашего разрыва? Это не преступление.

— А преследование — преступление.

Слово повисает между нами, и я понимаю иронию. Я называла Себастьяна сталкером неделями, но его преследование казалось другим. Интенсивным, да. Ошеломляющим, безусловно. Но не угрожающим. Не как это тошнотворное чувство в желудке, когда я понимаю, что Деймон может не принять мое решение.

Мой телефон снова жужжит. Я не хочу смотреть, но заставляю себя проверить.

Это не конец, Сафи. Я докажу тебе, что мы должны быть вместе.

Уверенность в его словах, так отличается от мольбы в его звонках, заставляет мою кровь стынуть.

— Мне нужно домой, — говорю я Бет. — Мне нужно подумать.

— Хочешь, я пойду с тобой?

— Нет. Я буду в порядке. — Но я больше не уверена, что верю в это.

Когда мы расходимся, Бет крепко сжимает мои руки перед тем, как отпустить, я не могу избавиться от чувства, что расставание с Деймоном выпустило на свободу что-то, к чему я не была готова. Что-то, с чем нельзя договориться или отговорить.