Книга Искушенная грехом, страница 58 – Дэни Ли Мэй

Бет смотрит на меня долгим взглядом, затем идет на кухню. Я слышу звон бокалов, хлопок винной пробки. Она возвращается с двумя большими бокалами красного вина, вкладывая один в мои дрожащие руки.

— Пей, — приказывает она, усаживаясь в кресло напротив меня. — И рассказывай. Потому что это не ты, Сафи. Это не женщина, состоящая в серьезных отношениях три года. Это не женщина, которая однажды прекратила дружбу, потому что кто-то сделал шаг к ее парню. Так какого черта происходит?

Я делаю большой глоток вина, наслаждаясь обжигающим вкусом. Бет права, конечно. Это не я. Я та, кому становится неловко, когда персонажи в фильмах изменяют. Я та, кто верит в верность, преданность, выполнение обещаний. Так почему же я превратилась в кого-то другого в тот момент, когда Себастьян Блэквуд прикоснулся ко мне?

— Он пугает меня, — говорю я наконец.

— Хорошо. Он должен тебя пугать. Этот человек преследовал тебя неделями.

— Нет, не это... — Я пытаюсь найти слова. — Он пугает меня из-за того, что он заставляет меня чувствовать. Он пугает меня, потому что он гребаный сталкер, и я не могу не чувствовать себя чертовски польщенной, что меня выбрали для сталкерства! Когда он смотрит на меня, когда прикасается ко мне, я чувствую, что горю. И я ненавижу, что чувствую это, особенно зная, что он опасен.

Бет медленно отпивает вино, изучая меня. — Опасен в каком смысле?

— Ты проводила исследование. Ты знаешь, на что он способен.

— Я знаю слухи. Но что он на самом деле сделал тебе, конкретно?

Вопрос застает меня врасплох. — Он вломился в мою квартиру. Он следил за мной, преследовал...

— Он причинил тебе боль? Угрожал физически?

— Нет, но...

— Он принуждал тебя? Сегодня вечером, в том переулке?

— Нет. — Признание едва слышно. — Я поцеловала его в ответ. Я хотела, чтобы он прикасался ко мне.

— Верно. — Бет наклоняется вперед, ее выражение становится мягче. — Так что на самом деле речь о том, что ты испытываешь влечение к человеку, к которому не должна его испытывать. К человеку, чьи методы сомнительны в лучшем случае и преступны в худшем. Но который на самом деле не причинил тебе вреда.

— Он терроризировал меня неделями!

— Да? — Голос Бет мягок, но настойчив. — Не думаю, что это террор, если тебе на самом деле это нравится. Тем более, если это привлекает тебя?

— Он украл мою наволочку, Бет. Он был в моей спальне, трогал мои вещи...

— Это определенно переходит границы, — соглашается она. — Но давай посмотрим правде в глаза: ты травмирована не взломом. Ты травмирована собственной реакцией на него. Я думаю, так было с самого начала.

Она права, и я ненавижу, что она права. Вторжение в мое пространство было ужасным, да. Но что действительно преследует меня, так это то, как мое тело реагирует каждый раз, когда я вижу его. Как мое сердце колотится, кожа нагревается, дыхание перехватывает. Как я хочу вещей, которых не должна хотеть, с мужчиной, от которого должна бежать.

— Что со мной не так? — спрашиваю я, вопрос, которого боялась озвучить.

— С тобой все нормально. — Голос Бет тверд. — Ты человек. Тебя влечет к опасности, к власти, к тому, кто заставляет тебя чувствовать то, чего ты никогда не чувствовала. Это не делает тебя плохим человеком.

— Это делает меня изменщицей.

— Да, — говорит она просто. — Это так. И это то, что нам нужно выяснить.