Онлайн книга «Жатва»
|
Перед глазами – её Эбигейл, стоит на краю этой бездны и хочет сойти. Аманда пытается докричаться, но сама падает вниз. Она летит в какую-то пропасть, мимо неё пролетают скалы, или она мимо них летит – как же болит голова, как туманятся мысли – вот уже и конец, ветер шумит в ушах, кожу щиплет от ветра, она скоро разобьётся, ещё немного, и вот уже… Аманда закрывает глаза и бесшумно ударяется оземь. Вокруг лишь холод и мгла, пробирающая до дрожи. Она не чувствует тела, лишь непонятный озноб и чьё-то дыхание рядом. Повернувшись на звук, она замирает в испуге – рядом лежит её дочь, с безжизненно застывшим лицом. Аманда кричит её имя, но выпускает лишь стон, еле слышный, придушенный страхом. Она хочет её обнять, но не может пошевелиться, так и смотрит в эти глаза, стеклянные и неживые. Вдруг лицо её дочери вздрагивает и начинает меняться – она заметно взрослеет, лоб становится выше, нос чуть больше, ресницы длинней. Перед ней – та самая девушка, её Эбигейл, только старше, теперь она рядом с ней. Какая-то дрожь под телом, она не сразу её замечает, так и смотрит на дочь, не в силах отвести взгляд. Как же знакомо лицо, как же оно незнакомо. Под ней так же дрожит земля, только уже сильнее, образ дочери тоже затрясся, зарябил, как на старом телеприёмнике, а вскоре и вовсе исчез. Испарился, будто её повзрослевшей Эби и не было никогда. — Нет! Вернись! Аманда тянет к ней руки. — Нет, пожалуйста, Эби, вернись! — Тише! – слышит она чей-то голос. – Не волнуйся, я здесь, я с тобой. Этот голос до боли знакомый. Аманда открывает глаза. Кто-то катит её по коридору, её лицо закрыто простынёй. — Не двигайся и прикинься мёртвой. Она и так почти что мертва. Не пошевелить и рукой. — Всё будет хорошо, всё будет хорошо, родная. Аманда задохнулась от слёз, хотела что-то сказать, но ощутила лишь укол в руку. — Извини, – сказал тот же голос. Каталка ударилась о дверь, распахнув её перед ними, потом о вторую, о третью – каким же длинным был коридор. Аманда закрыла глаза. * * * Он сидел напротив неё в каком-то плетёном кресле, смотрел тем же ласковым взглядом, как и два года назад. Ей хотелось что-то сказать, но она не разомкнула и рта, боясь хоть словом, хоть звуком спугнуть этот зыбкий мираж. Он был не такой, как раньше, в висках проступила редкая седина, вокруг глаз – паутинки морщин, в них виднелись застывшие слёзы. Он улыбнулся ей как-то болезненно, скривив дрожащие губы, и разрыдался в рукав. Эту рубашку ему подарила она когда-то очень давно. Ткань уже выцвела и местами износилась, она пахла их прошлым, их любовью и безмерной тоской. Сейчас она закроет глаза, и он исчезнет, её Михаэль, её вечная горечь. Она всегда помнила о нём, каждый день, пока жила в этом городе, позабытом всеми богами. Она забыла о нём лишь однажды, когда потерялась Эбигейл, когда боль за неё перекрыла все старые боли. Аманда закрыла глаза, её обжигали слёзы. В голове одно только имя – Эбигейл. Она потеряла её, она потеряла их дочь… Сейчас она откроет глаза и больше его не увидит, он исчезнет, как всегда исчезал, растворяясь во снах. Он всё так же сидел напротив, подперев мокрый от слёз подбородок дрожащей рукой. — Аманда, – еле шевелил он губами, – это действительно ты? «Это действительно ты?» – смотрела она на него и не могла в это поверить. |