Книга Найди меня, страница 53 – Энн Фрейзер

Некоторое время это забавляло, но она устала и от этого и начала думать, вернется ли папа на самом деле. Может быть, что-то случилось. Может быть, автомобиль сломался. Может, его утащил койот. Но это вряд ли, ведь он такой большой.

Может, он просто забыл про нее.

Она старалась не беспокоиться.

Небо покраснело, и воздух уже остыл, когда он наконец вернулся. На его лице было то самое уродливое выражение, которого она не любила, клетчатая рубашка выбилась из брюк и была перепачкана, волосы мокрые от пота, и от него странно пахло, как когда проезжаешь мимо мертвого животного на обочине.

— Это что? — Он подошел к валуну и уставился на ее художества, уперев руки в бока. — Раньше тут этого не было?

— Это мое. Это птица. — Она ждала, что он ее похвалит и скажет, как она замечательно рисует.

— Вижу, что птица, но ничего хорошего. Искажение природы. Не делай так, Рени. Мы должны защищать природу.

Она не знала, что значит «искажение», но гнев в его голосе и странное выражение лица подсказали, что это плохо.

— Как мы защищаем деревья? — спросила она.

— Верно.

— Я могу это стереть.

— Ты не сможешь стереть. Это выцарапано в камне. Оно тут навсегда.

Она прижала к животу книгу о птицах; сердце ее колотилось.

— А можно закрасить?

— Нет, мы не можем красить скалу. Это будет еще хуже.

Ей не хотелось вести себя как дитя, но она не смогла удержаться. Она начала плакать.

— Ну-ну-ну.

Он поднял ее, и она постаралась не обращать внимания на то, как он пахнет.

— Не плачь. Просто никогда так больше не делай, хорошо? — Этот голос она любила. Неся ее, он подошел к машине и усадил ее на пассажирское сиденье, вместо заднего. Она очень редко ездила спереди.

— Отправляемся домой. Твоя мама уже беспокоится, что с нами случилось.

— Можно купить по дороге мороженое?

— Думаю, это можно.

Выезжая, он медленно прокатил мимо ее рисунка. Словно молча наказывал, желая показать, что она наделала. Она смотрела в окно на изображение птицы, которое становилось все меньше, пока они тряслись по грунтовой дороге.

Дэниел стоял рядом, пока Рени рассматривала на камне грубый рисунок птицы. Да, в точности как ее клеймо. И это было жутковато, внезапно перенестись назад во времени в день, который она полностью забыла и вспомнила только сейчас. Она словно чувствовала остроту камушка, зажатого в руке, когда она рисовала птицу, и вспомнила жгучее солнце и как старалась побороть страх после того, как отец уехал. Книга о птицах пустыни. Что с ней стало?

— Он оставил меня тут, а сам уехал, — сказала она Дэниелу. — Достаточно далеко, я не видела и не слышала машину. — Сосредоточившись, она попыталась оживить память, но хотя что-то помнилось ярко, остальное оставалось смутным и туманным.

— Он оставил вас одну? В пустыне?

— Да.

— Сколько вам было?

— Не знаю. Может, пять? Шесть?

— Вас было двое или с ним был кто-то еще? Или с вами?

— Я не помню никого больше. — Она почувствовала головокружение. — Мне надо присесть.

Она тяжело опустилась на землю в полосе тени, может быть, на то же самое место, где сидела в тот день много лет назад.

Дэниел ушел и вернулся через несколько минут с двумя бутылками воды. Протянув ей одну, он сел рядом.

— Часто он брал вас с собой в пустыню? И почему оставлял одну? Я не понимаю.