Книга Найди меня, страница 30 – Энн Фрейзер

На миг, на этот самый миг, убийства отступили на второй план. Перед ней стоял человек, сделавший ее такой, какой она есть, и внезапно она пожалела, что за все эти годы ни разу не съездила повидать его в тюрьму, и вспомнила, что за этим решением стояла мать. «Он этого не заслуживает».

Рени высвободила руки — и обняла его сама.

От него пахло по-прежнему. Его запах вернул ее в другое время, в то время, когда он не был злодеем, или, по крайней мере, она не знала об этом.

— Это все, чего я хотел, — прошептал он: — Все, чего я хотел.

Она заплакала, понимая, что мозг обманывает ее, путает, но она была не в силах противостоять этому. Возможно, она тоже этого хотела.

— Я скучала по тебе, папа.

Она сказала это человеку, который читал ей на ночь, учил ее кататься на велосипеде и рисовать птиц.

— И я тоже.

А потом случилось что-то очень странное.

Он оттолкнул ее. Грубо отпихнул от себя. Она пошатнулась, пытаясь понять, в чем дело, в то же время боясь, что это очередной обман чувств. Он улыбнулся и сказал:

— Я люблю тебя, девочка моя.

И исчез.

Мгновение назад он был в ее объятиях, она чувствовала его живое тепло и хрупкость. В следующий миг его не стало.

Мир вокруг завертелся вихрем, и Рени с колотящимся сердцем, не веря своим глазам, смотрела, как падает ее отец. Сознание автоматически отмечало ткань тюремного комбинезона, бьющуюся оранжевыми крыльями на синем фоне неба, и в то же время отвергало увиденное.

Он всегда любил птиц.

Пустыня лежала далеко внизу, в тумане, и из-за ветра и гула в голове она не знала, издал ли он хоть звук, падая вниз.

Она не услышала удара.

Опасно приблизившись к обрыву, она разглядела внизу тело с неестественно раскинутыми в стороны ногами и руками, комбинезон все еще трепетал на ветру, отчего казалось, что он корчится от боли.

Должно быть, она закричала, потому что возник Дэниел с оружием наизготовку, обшаривая глазами все вокруг, оглядел даже небо. А затем встал рядом с ней на плоской скале — уже без пиджака, рукава рубашки закатаны, очки торчат из кармана. Он перевел взгляд с тела на Рени, пытаясь понять, не ее ли это рук дело. Выглядел он слегка потрясенным. Она чувствовала на себе его взгляд, пытающийся прочитать ее, оценить реакцию в надежде разобраться, что случилось. Она притворяется? Откровенна? Испытывает облегчение? Злорадство? Посочувствовать ей или арестовать?

— Он улетел, — сказала она бесцветным голосом.

Ее мозг словно дал осечку. Она думала о следующем шаге в их планах на этот день. Отец привел их сюда, здесь должны были быть могилы. Она достаточно долго проработала детективом, чтобы понимать, что с ней происходит. Обычная вещь для получивших травму — фиксироваться на сорвавшихся намеченных делах, даже столь обыденных, как поездка в магазин за чем-то тривиальным. Хотя никакого следующего шага уже не будет, мозг не в силах оставить это. Пока нет.

На лице Дэниела мелькнуло сочувствие, но, словно он успел вовремя остановить себя, оно быстро сменилось подозрением.

— Не надо было ходить с ним, — сказала она.

— Я уже понял.

— Возможно, он планировал это с самого начала. — Она начала осмысливать случившееся. — Наверное, и не собирался вести нас к могилам. Как всегда в его жизни, все вращается вокруг него. Попрощаться со мной и покончить с собой.