Книга Мое простое счастье, страница 26 – Лора Дейв

«Стань своей противоположностью». В памяти у меня с новой силой вспыхнули слова Джордан. А потом слова Ника: «Тебя вечно не было дома. По-моему, ты бы не смогла здесь оставаться, даже если бы захотела». И я поняла, что должна сказать то, что думаю.

— Знаю, это безумие и любой стоящий психотерапевт скажет, что я сошла с ума. Может, так оно и есть. Но я не могу, хоть ты что со мной делай, просто взять и ответить «нет».

Вот таким образом я сказала «да».

Когда я пришла в колонку «Сто открытий», то очень скоро поняла, какое удивительное это время – начало путешествия. Ты чувствуешь, что перед тобой открыты все пути. Можно совершить поездку из Брюсселя в Амстердам на автомобиле с откинутым верхом, провести день в отеле «Дон Альфонсо» в деревне Сант’Агата-суи-Дуэ-Гольфи, поедая прямо с кожицей самые свежие в мире лимоны, или попеть караоке в гей-клубе «Таунхаус» в Токио. Можно сделать (или не сделать) любой выбор – пока это почти не имеет значения. Прошло время, прежде чем я осознала, насколько такое чувство бесценно и почему.

Дело не только в том, что в начале путешествия весь мир кажется ярким, блестящим, полным бесчисленных возможностей. Гораздо важнее другое: мы снова верим. Пока трещины незаметны, а времени хоть отбавляй; пока мы не сделали первый неправильный выбор, не осознали, что происходит нечто ужасное, а виной этому – мы сами, мы верим, будто на сей раз все сложится именно так, как надо.

Не знаю, что именно так меня тронуло, когда мы с Гриффином впервые въехали в Уильямсберг и покатили по сонной главной улице мимо церкви и почты. Повсюду до сих пор стояли нарядные елки, легкий снежок падал и ложился на огромные сугробы – последствие вчерашнего снегопада. Я достала фотоаппарат и принялась фотографировать. Мне доводилось видеть сотни подобных улиц, и многие из них были гораздо живописнее. Но на этот раз я испытывала нечто особенное. Словно я уже бывала здесь раньше. Или знала, что еще сюда вернусь. Словно я видела этот город не в первый, а в сотый раз. Такое ощущение ни с чем не спутаешь, и оно означает: именно здесь тебе и суждено быть.

Гриффин отвел от моего лица фотоаппарат, посмотрел мне в глаза и широко улыбнулся:

— Производит хорошее впечатление, правда?

Я кивнула.

С главной улицы Гриффин свернул направо, потом еще раз направо, и вскоре мы очутились в предместье. Вдоль дороги выстроились живописные дома в стиле «искусства и ремесла»^[6], яркие и нарядные на фоне белого снега, словно драгоценные брелоки. Постепенно расстояние между домами увеличивалось, тут и там начали появляться фермы. Наконец Гриффин свернул на Нейплс-роуд и остановил машину.

Вот он, стоит совсем на отшибе – скромный домик в стиле «искусства и ремесла». Дом Гриффина. Дом моей мечты. Я не имею в виду, что он какой-то особенный или что именно в таком мне всегда хотелось жить. Я в буквальном смысле видела его в мечтах. В мечтах и во сне. Те же синие ставни и крепкие столбы, то же деревянное крыльцо и кресла-качалки. Два окошка на втором этаже, словно два глаза. Белая кирпичная труба. Я невольно улыбнулась.