Книга Ночь, когда он исчез, страница 30 – Лора Дейв

Мать Дианы умерла, когда девочка была совсем маленькой, и Джо воспитывал дочь один, проявив себя как чуткий и любящий отец. Он больше не женился, и папа всегда говорил, что Джо – однолюб, но тогда я этого не понимала и не замечала.

Проходим во двор, где относительно тихо. По краям участка растут суккуленты, в очаге уютно мерцает огонь. Дядя Джо жестом приглашает нас присесть в кресла. Мы садимся, и Сэм швыряет на стол коричневый конверт.

— Что за дела с «Сэлинджер Груп»? – напряженно спрашивает он. – Откуда взялся проект договора о продаже «Нун Пропертис»?

— Сисси годами облизывается на компанию. Ты не знал?

— Я не знал, что отец не просто рассматривал ее предложение, но и нанял юристов для разработки плана продажи. Документ подписан и датирован этим годом.

— Все не так серьезно, как тебе кажется.

— Да неужели? – Сэм раздраженно указывает на конверт. – А по-моему, очень серьезно.

— Давай не будем горячиться.

— Почему мне никто не сообщил?

— Не было смысла рассказывать. Мы с твоим отцом обсудили предложение Сисси. Он попросил меня проверить, стоит ли игра свеч, и я выполнил его просьбу.

— И?..

— В итоге он решил, что сделка ему не по вкусу, и отказался.

— Нет, дело зашло еще дальше.

— Сэм, уверяю тебя, не о чем беспокоиться, – резко говорит дядя Джо.

А потом, будто осознав собственные слова, делает глубокий вдох, поднимается с места, подходит к тележке с напитками, наливает три стакана лимонада и протягивает мне один.

— Как он втянул тебя в свое расследование?

— На самом деле я здесь совсем по другой причине.

— По какой же?

— Сэм поделился переживаниями насчет отца…

Чувствую пристальный взгляд брата, поворачиваюсь к нему. Тот отрицательно мотает головой. Не зная, как уточнить у него, почему бы нам не обсудить с Джо обстоятельства гибели отца, меняю тактику.

— В последние несколько месяцев папа не казался странным?

— Что значит «странным»?

— Рассеянным, – встревает Сэм. – Отчужденным.

Дядя Джо качает головой:

— Не заметил.

— Да брось, – говорит Сэм. – С ним явно что-то творилось.

Джо вновь опускается в кресло, устремляет взгляд в даль, погружаясь в раздумья. Он словно пытается воскресить в памяти детали поведения отца, понять, не пропустил ли чего-то существенного. Но за внешним спокойствием скрывается напряжение. Кадык судорожно дергается, на шее пульсирует жилка – ему явно нелегко сохранять самообладание. Кажется, он пребывает в замешательстве, не в силах подобрать нужные слова.

— По-моему, Сэм, – наконец произносит он, – ты надумываешь то, чего нет.

— Ты уверен?

— Абсолютно.

— Значит, ты просто не хочешь говорить правду.

Джо ставит бокал на стол, наклоняется к нам:

— Ребята, давайте не будем ворошить прошлое. Все, что казалось странным, ушло вместе с ним. Какая теперь разница? Сэмми, компания принадлежит вам с Томми – и это главное. Ваш отец очень любил… – Он смотрит на меня. – …всех вас. И я тоже люблю. Он никогда не хотел никого обидеть.

— К чему ты клонишь? – не унимается Сэм.

— Хватит делать из мухи слона. Знаю, ты горюешь по отцу. Я тоже. Не буду притворяться, что всегда понимал его решения, но в одном я уверен: он заботился о том, чтобы вы ни в чем не нуждались.

— Какие решения, Джо? – настаивает Сэм.

— Я говорил в общем.

— Вы не могли бы выражаться конкретнее? – прошу я. – Какие решения вы не понимали?