Книга Ночь, когда он исчез, страница 18 – Лора Дейв

— Дай знать, когда будешь готов, – говорю я.

* * *

Дорога от аэропорта Лос-Анджелеса до «Ветролома» занимает около полутора часов. Сэм управляет арендованным автомобилем, следуя по живописному Тихоокеанскому шоссе, затем сворачивает на шоссе 101. Вскоре появляются знаки, указывающие путь к Карпинтерии.

Миновав железнодорожный переезд, мы выезжаем на улицу Падаро-лейн. Послеполуденное солнце прячется за густой листвой. Лучи с трудом пробиваются сквозь пелену тумана и зеленый шатер ветвей, окутывая все вокруг таинственным сумеречным светом.

Каждый раз, когда я еду по этой дороге, меня охватывает удивительное чувство, будто мне снова шесть лет и я впервые вижу эти места.

Мы приехали сюда вместе с отцом. Родители тогда готовились к разводу, и папа очень переживал за меня. Стараясь создать видимость беззаботности, всю дорогу от аэропорта он рассказывал, как мы, едва закинув домой вещи, отправимся на пляж и будем купаться в океанских волнах. Однако на подъезде к Карпинтерии сгустились тучи, а когда мы добрались до Падаро-лейн, разразилась настоящая буря. Насквозь промокшие, мы поспешно укрылись в доме и ждали, пока стихия успокоится.

К тому времени, как дождь утих, купаться уже не имело смысла. Тем не менее папа не позволил мне расстроиться. Он повел меня на скалы; мы пили молочный коктейль, ели сэндвичи с помидорами и смотрели на солнце, медленно опускающееся в серебристо-оранжевую дымку.

«Погода встретила нас неласково, Нора-Ну, – сказал отец, – но теперь все наладится».

По скрипучим ступенькам мы спустились к пляжу. Папа крепко держал меня за руку. Я спросила, не могли бы мы переехать сюда насовсем. Позже он часто вспоминал этот эпизод с улыбкой. Помнил ли он свой ответ? «Ветролом» принадлежит не только мне».

— Приехали, – говорит Сэм, вырывая меня из пучины воспоминаний.

Машина останавливается у ворот. Сэм опускает стекло, вводит код на панели электронного замка.

Створки со скрипом открываются. По выложенной камнем дороге мы движемся вперед, навстречу изумрудному лугу, бездонному небу и величественному океану.

Сам дом горделиво возвышался посреди этого великолепия, купаясь в золотистых лучах солнца. Несмотря на скромные размеры, он выглядел безупречно: два изящных эркера по обе стороны от входной двери, уютная веранда по периметру, скамейка-качалка в углу – и потрясающий вид на океанские просторы и скалистые утесы.

— Нравится? – спрашивает Сэм.

Неуверенно киваю.

— Думаешь его оставить?

— Что?

— Если продашь, выручишь кучу денег. Один участок стоит больше десяти миллионов.

— Я об этом не думала.

— Не злись. Отец знал, что ты не хочешь долю в компании и денег от него не возьмешь. Наверное, решил хоть так тебя оделить. Впрочем, не знаю.

Меня бросает в жар, чувства обостряются. Прошло уже около двух лет с тех пор, как я в последний раз переступала этот порог. Тогда мы с Джеком устроились на тех самых качелях; это был его единственный визит в «Ветролом». Помню, как папа протянул ему бокал вина и нежно коснулся моего лба поцелуем. До сих пор перед глазами рука Джека, покоящаяся на моем колене, и улыбка отца, согревающая душу.

— Ночной рейс вылетает в одиннадцать пятнадцать, – хрипло говорю я. – Хотелось бы успеть.

— Может, припаркуемся, а потом уже будешь строить планы на побег? Если задержимся, остановимся у дяди Джо. Или прямо здесь.