Книга Тени теней, страница 8 – Игорь Шанин

Она не признается, но я знаю, что это все из-за отца. Какое-то такое возмещение ущерба или типа того. Мама думает, я считаю себя неполноценной, а потому всеми силами старается компенсировать это, разрешая то, что для других под запретом. Как будто так можно восполнить отсутствие папы.

Я думаю обо всем этом, потому что поиски Багрова приводят за школу, где он курит с одноклассниками и хохочет над чем-то. На улице холодно, но все они в одних футболках. Дождь кончился еще утром, небо темное и низкое, а воздух влажный. Клубы пара вырываются изо ртов этих парней вместе с никотиновым дымом.

Обнимаю себя за плечи и стою в стороне, жду, когда Макс заметит. Кто-то трогает его за локоть, показывая на меня. Багров улыбается и подходит.

— Я говорила вчера с Сажиным.

— Что сказал?

— Что мы все умрем.

Макс смотрит непонимающе, и я рассказываю, что разузнал Миша.

— Не буду я ни откуда прыгать, — говорит потом Багров.

— Наверное, те ребята тоже не собирались.

— А почему тогда прыгнули?

— Не знаю, в старых газетах не написано.

Дыхание Макса пахнет сигаретами, щеки раскраснелись от холода. Наверное, он уже начал бриться, потому что проклюнувшаяся на подбородке щетина жесткая и темная. Не пушок, как у Сажина.

— И что нам делать теперь? — спрашивает.

— Сажин сказал, нужно узнать больше, никому при этом не доверяя. Сказал, что кто-то из нас помнит все. Ну, помнит эти три дня, когда нас не было.

— Это не я.

Холодно, я дышу на замерзшие пальцы.

— Нужно спросить у родителей, — говорит Макс. — Двадцать лет назад — это ведь не так уж и давно. Они тогда как раз в нашем возрасте были.

— Точно, — киваю. — Такое событие должно было запомниться.

И как сама не догадалась?

— Значит, у нас есть специальное домашнее задание, — улыбается Макс. — Ты ведь справишься? Будешь хорошей девочкой?

Наверное, он не воспринимает все это всерьез. Считает какой-нибудь игрой или шуткой. Для нашей ситуации подобная легкомысленность слишком уж подозрительна. Нужно постоянно быть начеку.

Глупо улыбаюсь, когда он ласково заправляет мне за ухо выбившуюся прядь волос.

* * *

Урок литературы. Только здесь мы с Ирой сидим за одной партой, потому что все учителя, кроме Алевтины Яковлевны, считают нас слишком громкой парой. Они говорят, мы хорошие ученицы, но только если сидим отдельно друг от друга. Алевтине Яковлевне все равно. Главное, не перебивать ее во время декламирования стихов.

Заглядываю через плечо Иры, чтобы увидеть новую порцию загогулин на полях.

— Хватит прикидываться, — шепчу. — И дуться тоже хватит.

Она откладывает ручку в сторону и подпирает щеку рукой, глядя на Алевтину Яковлевну отрешенным взглядом. Я у Иры по-прежнему в игноре.

— Знаешь, что Сажин сказал? Что такое уже случалось. Двадцать лет назад. Точь-в-точь также все было.

Ира не двигается, но я ощущаю, что она заинтересована. Как кошка, когда шевелит ушами, чтобы разобраться, откуда идет звук.

— Сажин сказал, что в тот раз они все умерли, — продолжаю. — Ты хоть понимаешь, как я встряла, если наша история и вправду будет как у них? А ты тут даже поговорить не хочешь.

Ира наконец снисходит до меня. Поворачивается, взгляд так и плещет раздражением:

— Ты этого Сажина видела вообще? Ты, наверное, единственная девушка в жизни, которая с ним заговорила. Вот и начал сказками кормить. Завлекать.