Книга Капли магии 2, страница 5 – Бронислава Вонсович

— Я уже ходила сюда одна, — напомнила я.

— Ты себя в зеркале видела? В гробу лучше выглядят. Тебе отдых требуется, или ты сдохнешь в первой же схватке. — Я не успела спросить, с чего вдруг такая забота, как он добавил: — Поскольку у тебя чувство самосохранения напрочь атрофировано, то в разрыв пойдёшь не раньше, чем мы договор подпишем. Ты же не хочешь, чтобы твой разрыв отошёл Белицкому?

— А с чего он вдруг ему отойдёт? — удивилась я. — А не вернётся к императору?

— Отец же. В род была принята, — пояснил Сорокин. — Может претендовать. Подожди, я хоть с дедом созвонюсь. Может, он захочет встретиться немедленно.

Пока я переваривала то, что разрыв теоретически мог бы достаться Белицкому (в разрыве второго уровня погибнуть я не могла, но случайностей никто не отменял, как и присланных наёмных убийц), Сорокин связался с дедом, используя артефакт. О чём он с ним говорил, я не слышала, но по окончании разговора Сорокин сказал:

— Дед готов встретиться немедленно. Едем на моей машине.

— У меня есть свой транспорт.

— На моём быстрее, а тебе вообще не стоит сейчас садиться за руль. Тебе минимум месяц восстанавливаться надо.

— Денис, если я здесь оставлю трицикл, у меня будет возможность его забрать только пешком.

— Я тебя отвезу назад. Или вон оставишь ключи — подгоним куда скажешь.

— Не оставлю. Я могу поехать за твоей машиной на трицикле.

— В качестве кортежа? — он расхохотался. — Что подумают обо мне знакомые, если увидят такое дело?

— А что они подумают, если увидят, что ты работаешь моим водителем? Что у Сорокиных дела совсем плохи?

— Имею право возить понравившуюся мне девушку, — заметил он.

— Спасибо, нет. Я поеду на своём транспорте.

Встреча с Сорокиным-старшим мне казалась приоритетней, чем поход в разрыв. Возможно, удастся вернуть деньги, и тогда не придётся ночевать в гараже. Он, конечно, со всех сторон защищённый, но у него нет определённых удобств, обходиться без которых я могу с помощью магии, но всё же…

Я опять залезла в трицикл и сняла экипировку, заменив её футболкой и штанами. Вытащила из пространственного кармана документ по разрыву и паспорт. Сначала — старый, потом спохватилась и заменила его на новый. Отправила документы в рюкзак. Что ж, к разговору с Сорокиным-старшим я готова.

Старший Сорокин принял меня в поместье, находившемся недалеко от этого разрыва. Поместье размерами ничуть не уступало мещеряковскому, но было менее пафосным и более строгим. Хотя мой трицикл там всё равно смотрелся инородным телом. Конечно, важна не форма, а содержание, и по содержанию мой трицикл даст фору автомобилю Сорокина-младшего, но на внешнем виде, увы, это никак не отражалось, поэтому я испытала чувство лёгкого дискомфорта от несоответствия.

— Быстрее бы доехали, — проворчал Сорокин-младший, — если бы ехали на моей машине.

— Превышение скорости опасно, — возразила я.

— Ну да, любая скорость выше сорока — это превышение. Мне пришлось приноравливаться к скорости твоей машинки, если её можно так назвать.

Я промолчала, хотя мой трицикл спокойно выдавал шестьдесят. Больше я не рисковала на столь неустойчивом транспортном средстве. Там, конечно, было три колеса, но за счёт кабины аэродинамика была так себе. Поэтому лучше медленнее, но приехать целой. Это вам не гоночный болид.