Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 28 – Алена Шашкова

Нет. Я ни за что не позволю повториться этому. Никогда.

Вода уже остыла, и я, отмыв с себя остатки последних трех дней, вылезаю из ванны. Гридер оставил плотные льняные штаны и простую рубашку на моей кровати. Рядом же лежит кожаная куртка, которая не стесняет движения и удобна с моими наручами.

— Гридер, — зову я камердинера. Он тут же возникает на пороге моей спальни. — Не буду озадачивать этим Тардена. Найди мне все, что известно о Лизабет Левенс. За последние… семь лет.

— Что-то конкретное? — Гридер стоит передо мной, сложив за спиной руки в замок.

— Все. Особенно про ее семейную жизнь, — натягивая куртку, говорю я. — Что у нее за очень заботливый и любящий муж такой…

Гридер кивает, не задавая лишних вопросов, и выходит. Я подхожу к зеркалу и заглядываю в свои глаза чудовища.

— Ты не тронешь ее, — говорю я себе и дракону, который заперт наручами. — Ты просто убедишься, что ей ничего не угрожает. И будешь держаться от нее подальше.

Пока я обалдеваю от произошедшего, Бьерн берет ключ и уходит в сторону лестницы. Я дожидаюсь, пока он скроется из вида, а сама подхожу к хозяйке:

— Как это называется?! — возмущенно спрашиваю я. — Вы сказали мне, что комнат нет.

— А их и нет, — не моргнув глазом отвечает женщина.

— Но вы уже после меня выдали ключ!

— Вы — не он.

Неоспоримость этого утверждения не вызывает сомнений. Я точно не Бьерн. И даже не мужчина. Порой это невыносимо бесит.

И вот что теперь делать? Мне нужно место для Грома, для меня и для моих экспериментов. Сегодня, потому что ночевать под открытым небом мне не очень хочется.

Догнать Бьерна и попроситься к нему? После того как он ушел и даже не попрощался? С одной стороны — почему нет. Выгода, да и есть вероятность, что не откажет. А с другой — на душе неприятно, уязвленная гордость и обида царапают, мешают самой первой подойти к нему.

Хотя о какой гордости вообще может идти речь, учитывая, что я семь лет жила с мужем, который только пользовался мной и моими наработками?

Вот поэтому и не пойду к Бьерну! Сама, значит, сама!

Пока я стою и взвешиваю все за и против, не замечаю, как рядом все громче звучит странный диалог.

— Неужели откажешься? — слышится слащавый, растягивающий слова голос. — Я тебе не дам заскучать. Тебе понравится…

— С моей женой мне никогда не бывает скучно, — над ухом раздается низкий раскатистый и очень знакомый голос, а потом меня в охапку сгребает большая, сильная рука. — Ведь так?

Прижатая к мощному торсу Бьерна, я с трудом поднимаю голову и встречаюсь с его взглядом. Глаза сейчас не золотые, а скорее похожие по цвету на густую темную карамель, и лишь в их глубине я все еще замечаю отсветы драгоценного металла.

Что? С… женой?

Его губ касается едва заметная улыбка, как будто говорящая: “Бросаю тебе вызов. Слабо?”

Я поднимаю одну бровь, и взглядом отвечаю: “А не обнаглел ли ты?” Но вслух произношу совсем другое:

— Конечно, ты прав, дорогой мой, — и скольжу рукой по его груди вверх, чуть задевая кожу на шее.

Вот тут золото глаз в момент вспыхивает, и я успеваю заметить, как Бьерн усилием гасит пламя. Не только же мне удивляться.

Лишь краем глаза я замечаю, как девушка в весьма откровенном наряде надувает обиженно губы и теряет интерес. В груди почему-то разливается удовлетворение, как будто для меня было бы очень неприятно, если бы Бьерн все же предпочел эту разряженную красотку.