Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 154 – Алена Шашкова

— Элиз… — он делает шаг ко мне.

— Ваша светлость, — выплевываю я эти слова, и они на вкус как битое стекло.

Я пячусь назад, чувствуя, как внутри разгорается пожар из боли, унижения и ярости.

— Элиз, не делай глупостей, я могу все объяснить, — голос Бьерна звучит сдавленно, он протягивает ко мне руку.

Наручи — они сдерживают его силу. Ту самую, что убила его жену. Ну хоть… Хоть в этом он не соврал — мне и правда надо держаться от него подальше

— Объяснить?! — мой голос срывается на крик, гулко отражаясь от сводов коридора. — Что именно? Взаимовыгодный договор с несчастной дурочкой?! То, как было интересно слушать, что я думаю о герцоге? Теперь-то я понимаю, почему ты пытался его оправдать!

Он делает всего два шага, оказываясь совсем рядом, пытается поймать, но я успеваю ускользнуть.

— Всеблагой! А я еще переживала, что с тобой что-то может произойти, — злая усмешка звучит в моем голосе. — Да что будет дракону-то? Игрался? Весело было? Знаешь что? Засунь себе эти документы в… Сама разберусь!

Я разворачиваюсь и бегу. Так быстро, как могу.

Подальше от него. Как будто могу убежать от собственной наивности. Наверное — никогда.

Арнерия… Она же тоже мне намекала. И все же я дура. Полная.

“Элиз, остановись, — подает голос драконица. — Выслушай его. Ты ему нужна”.

У него было много, очень много шансов поговорить со мной, рассказать все. Но он…

— Домой, — хватаю Грома за поводья и закидываю ногу в стремя. — Пошли! Гром, вперед!

Ударяю пятками по бокам. Но жеребец не двигается. Он опускает уши и глухо фыркает.

“Хозяйка, остынь. Ты не понимаешь, он же ради тебя…”

Я замираю. Руки, сжимающие поводья, дрожат.

— Ты… — шепчу я, глядя на темную гриву коня.

Осознание бьет под дых с новой силой. Умный, слишком умный конь. Разговоры Варда про “истинных идиотов”. То, как Гром сразу принял Бьерна.

“Др…” Это не “друг” — это “дракон”.

— Ты тоже все знал, — голос ломается. — Ты знал, кто он. Предатель. Вы все предатели!

Я соскакиваю на брусчатку и бегу к воротам. Перед глазами все плывет — то ли от злости, то ли от отчаяния. Ловлю первый же проезжающий мимо экипаж.

Откидываюсь в тень кареты и позволяю себе то, что хочется больше всего — плакать.

Я умирал. Я прекрасно это понимал. Но когда-то это должно было произойти — драконы, конечно, живучи, но не бессмертны. Тем более я, который засадил Армареля в клетку артефактов.

Наверное, это должно было произойти еще тогда, в реке. Но она оказалась рядом. Каким-то образом еще тогда Элиз смогла меня вытащить из воды и привести в чувство. Что она для этого сделала — кто знает?

Я лежал посреди коридора дома, который стал действительно нашим с Элиз, и каждой частичкой своего тела ощущал ту магию, что она вливала в меня. Только благодаря ей мое сердце все еще билось, а я оставался жив. Она пыталась спасти меня. Отчаянно. Изо всех сил. Как умела.

Ее слова, ее сбивчивый шепот казались той веревочкой, за которую хотелось цепляться.

А потом до меня донеслись слова, которые изменили все.

— Я ведь не отсюда, Бьерн. Я помню другой мир… Я умирала там. А ты… Твои глаза. Ты вытащил меня, — шепот вспышкой взорвался в моей голове. — Не оставляй меня одну в этом мире. Не сейчас, когда я нашла тебя. Пока жив — борись.

Иномирянка.

Истинная.