Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 117 – Алена Шашкова

— Нет, — качаю головой. — Чернила были дешевые, нестойкие. Они не продержались бы столько времени.

— А недавно ты что-то подписывала?

— Только… Только экспериментальные образцы, больше ничего, — отвечаю я. — Но доступ к ним был только у меня.

Я позволяю Бьерну притянуть меня к его груди и заключить в горячие успокаивающие объятия. Откидываю голову назад, позволяя себе немного расслабиться в его руках.

— Мало мне Пирра, так еще и эта девушка. Не понимаю, за что мне это все…

— Пирр? — переспрашивает Бьерн, а его руки напрягаются, хотя я чувствую, как он старается не показывать этого, чтобы не беспокоить.

— Да. Заходил Фредерик Пирр. Прямо перед этой девушкой.

— Что он тут делал?

— Купил крем для экономки. Говорил непонятные вещи, намекал на что-то про тебя... Бьерн, когда он подошел к прилавку, ожерелье… — я трогаю рубиновое украшение на шее, которое я спрятала под шейным платком. — Оно нагрелось. Как тогда, на балу.

Я чуть задираю голову и поднимаю на Бьерна глаза.

— А когда он забирал покупку, он случайно коснулся руки Лейлы. Она побледнела так, будто увидела саму смерть.

Золото радужки Бьерна темнеет, становясь похожим на расплавленную медь.

— Пирр коснулся Лейлы? — переспрашивает он. — И у нее Искра.

— Да.

Бьерн резко выпрямляется, и я вижу, как на его скулах играют желваки.

— Демоны, — он бросает быстрый взгляд на дверь, за которой скрылась моя помощница. — Запрись и не открывай никому. Дом, ты меня слышал?

Часы согласно бьют дважды.

— Бьерн, ты думаешь, ей может грозить опасность?

— Я хочу ошибаться, — горячие губы касаются моего виска, и Бьерн выскальзывает в сумерки летнего вечера.

Ненавижу свою слабость. Ненавижу то, что, обладая мощным магическим потенциалом, я не могу его использовать. Если бы я сейчас мог подать магический сигнал Тардену или Варду, но сейчас приходится быстро седлать Грома и под его недовольное бурчание мчать к почте, откуда я отправляю аравлиса.

За Лейлой должны следить. Да и, может, про Пирра я додумываю. Но интуиция требует ускориться, твердит, что девушке грозит опасность. А интуиция сейчас единственное, чему я могу доверять полностью. Раз даже сердце подводит.

— Надо быстрее, — рычу я сквозь зубы, направляя Грома в узкий проулок, чтобы срезать путь к кварталу, где живет Лейла.

Улицы Красмора из-за народных гуляний забиты людьми. Праздник в самом разгаре: факелы, музыка, смех, пьяные крики. Как-никак скоро все закончится, все ловят момент. Толпа движется плотным, вязким потоком, и мне приходится сдерживать Грома, чтобы не потоптать гуляк.

“Может, сам нас понесешь, а не будешь дергать как ненормальный? — раздается в голове недовольное ржание Грома, когда мы едва не сносим угол какой-то лачуги. — Имей в виду, если ты поцарапаешь мою шкуру, я тебя сброшу. Прямо в канаву”.

— Если мы опоздаем, мы Лейлу там искать будем, — мрачно отзываюсь я, пришпоривая бока. — Шевелись, ворчун!

“Ворчун? Я благородный разумный жеребец, а ты сжимаешь мне бока, как какому-то простому скакуну”, — ворчит Гром, но подчиняется. Не зря называет себя разумным.

Ответный аравлис от Тардена садится на плечо и протягивает лапку с ответом:

“Мои люди сопроводили Лейлу до дома старой швеи в третьем доме Пекарского переулка. Она часто заходит туда. Оттуда девушка не выходила. Жди меня там”.