Книга Третье пугало, страница 41 – Юлия (Ли) Ода

— Тогда сами представьтесь. – В итоге он все же решил перейти с тыканья на более официальный тон. И правильно сделал – свободы в общении это, как ни странно, давало гораздо больше. – Я-то вашей информированностью пока не отличаюсь.

— Уверены, что оно вам надо? – чуть приподнял тот брови. – Осложнять такой информацией свою дальнейшую жизнь?

— То есть она у нас будет? – сделал неожиданный вывод Алек, вместо того, чтобы дожать собеседника. – И госпожа Алита ошиблась, решив, что любого, даже случайного свидетеля сегодняшних событий вы предпочтете попросту прибить – быстро и без затей?

— Ошиблась. Да.

Винтолет вдруг дернулся и сам пошел на посадку, снижаясь по широкому кругу над лесными верхушками и явно целясь в поляну между ними – прилетели, похоже. А когда через лобовое стекло мелькнул отблеск луны на воде знакомой речки, зажатой темной каймой камыша, стало окончательно понятно – в самом деле прибыли.

И эта секундная заминка дала им с Алеком возможность обменяться взглядами и едва заметными кивками. Словно подтвердив друг другу – врет. Инквизитор им сейчас соврал, не особо даже и стесняясь.

— В общем, господа, – то ли и правда не заметил он этого, то ли опять же сделал вид, – предлагаю вам единственный сейчас честный и взаимовыгодный вариант – попросту отпустить друг друга на свободу. А перед тем обменяться сведениями.

— Обменяться? – Алек тоже поиграл бровями, явно копируя собеседника. – Так ведь все равно ж соврете.

— А смысл? Если главное и без того уже известно и вам, и мне. И прояснить осталось лишь детали? Впрочем, могу и поклясться. На амулете, скажем. Если у вас найдется подходящий.

— У нас найдется подходящая госпожа ведьма, – мстительно улыбнулся Алек. – Которая вполне обойдется и без цацек. Сейчас пошепчет чуток, и у вас потом что-нибудь непременно отсохнет.

— Легко, – кивнула Аля, наоборот, стараясь сохранять полную серьезность. – На что наговор делать будем? Чего предпочитаете лишиться?

— Ничего! – вдруг резко сменил он тон, лишний раз подтверждая, что насчет крупной рыбы они не ошиблись. – Я не собираюсь вам врать! Слишком многое поставлено на карту.

— Как думаешь? – некромант обернулся к Але так, словно это не на него пытались сейчас рявкнуть, – А он у нас тоже магистр? Или у господ инквизиторов иерархия как-то по-другому устроена? И вместо магистров там… Кто у вас вместо магистров, а? Какие-нибудь канцлеры, возможно? Или, скажем, регенты? Но вы, господин хороший, наверняка как раз из них и будете. Если судить по неискоренимой привычке орать и распоряжаться везде и всюду.

— Говорил ведь, есть вещи, которые вам лучше не знать, – не повел тот и бровью, – для вашей же собственной пользы. И может хватит уже юродствовать?

— Может и хватит, – Алек резко сменил тон. – Если вам так хочется пооткровенничать, готовы начать первым?

— Да. – Ни в тоне, ни на лице у собеседника не мелькнуло и тени сомнения. – Разумеется, с условием, что и вы потом ответите на все мои вопросы.

— Тогда сначала я хочу услышать все про смерть моей матери, – вклинилась Аля.

— А иначе? – не то, чтобы инквизитор отказывался это обсуждать, скорее уж просто выяснял границы своей нынешней свободы. И Алек не стал его разочаровывать – обозначил все четко и недвусмысленно:

— Дорогой наш господин Инкогнито, – преувеличенно ласково начал он, еще крепче впечатывая пистолетный ствол ему в ребра. – Вы ведь не зря были таким паинькой, пока болтались вместе с нами в этой летучке от города и аж досюда? Вам ведь как раз на капище и нужно было попасть? К портальной шахте? Так вот, я готов позволить вам через нее уйти. И даже помочь в этом готов. Но учтите, если кто-то слишком ушлый – не будем показывать пальцами, да? – даст мне хоть малейший повод заподозрить его в неискренности… Или, скажем, попытке что-то утаить… В общем, тогда, господин хороший, вас просто не найдут. Ведь против примитивного словно кувалда огнестрела ваши специфические приемчики не работают, правда? Точно так же, как не найдут и вашего Палача. Сгинете вместе и, подозреваю, виновника этого неприятного инцидента даже искать не станут. Все ведь и так довольно очевидно – не сумели выбраться из взрыва, мир вашему общему праху, так сказать…