Книга Весна севера, страница 69 – Юлия (Ли) Ода

— Если, конечно, на тех фаолад не наткнемся, – нервно хмыкнул он после паузы. – Как на каких? Вы, что ж, не слышали? Правда не слышали? Так вся Ахельна гудит… А? Раньше уехали? Ну так я вам сейчас расскажу!

Рассказывал мужик азартно, со смаком и, наверное, с круглыми глазами – мне просто видно не было, потому как главным слушателем тот назначил Раска и вся мимика доставалась ему. Но даже так выходило оно… занятно.

— Да, так вот, когда невесту повели к алтарю, на пути у процессии вдруг прямо из воздуха соткались два оборотня…

— Из воздуха? – Раск, до этого слушавший про размах свадебных торжеств довольно равнодушно, не выдержал такого издевательства над здравым смыслом и скептически задрал брови. Ольга тоже согласно фыркнула, выходя из дремы.

— Ну, если честно, господин наемник, – селянин на поверку оказался парнем неглупым и крайне здравомыслящим, – думаю, ходами тайными они прошли. Ахельна же ихняя когда-то была, так? Ну вот наверняка и знают, что там и где.

Теперь уже хмыкнула я, снова внезапно задумавшись над тем, какого черта Раск сидел в замке полгода, а чтобы добраться до Сердца Севера, терпеливо ждал провожатого в лице меня? Потому как здравый смысл в рассуждениях горшечника точно был – кому ж и знать все тайны крепости, если не старой крови?

— Так вот, соткались они, значится… откуда-то, – сделал мужик многозначительную паузу и все-таки хмыкнул, не удержавшись. – И встали той процессии поперек пути. Один и говорит, отдавайте, мол, старый должок, за ним пришли. А второй без лишних разговоров сразу к невесте шагнул и запечатлел ей на устах горячий поцелуй…

— Запечатлел, значит? – Тон у Раска стал еще скептичнее, хотя, казалось бы, куда больше?

Поддержала его и Ольга, стряхивая-таки дремоту:

«Представляю себе эту пронзительную сцену, ага. Как наяву! Станиславский бы у вас тут уже на вторые сутки удавился бы».

— Это кто? – не поняла я.

«Это – не важно. Важно, что неподготовленному человеку такое обилие романтической дури точно не вынести».

Гончар был явно подготовлен, потому как продолжил не моргнув глазом:

— На устах, ага! И княжна наша тут же, прямо на глазах, тоже в волка перекинулась и дальше к алтарю уже в таком виде пошла! Но теперь не с эрависским князем, бравшим ее своему сыну, а с одним из фаолад – тем самым, что оборотил ее своим поцелуем.

На этот раз уже я почувствовала, как брови ползут вверх. Кажется, шутка с переодеванием собачки в парадное платье обретала какие-то новые, неожиданные краски.

«Н-да. – Ольга очень по-человечески прикрыла морду лапами. – И все сказочники тоже удавились бы. Но на первые сутки и от зависти».

— Что за должок-то? – сбил с мысли Раск, не дав мне ответить ей. Впрочем, та и сама притихла, не иначе как впечатленная до полного восторга.

— Так то история давняя, всем известная. Неужто тоже не знаете?

У меня почему-то возникло ощущение, что и сам наш рассказчик с этой «давней, всем известной историей» познакомился не далее как сегодня – в той же самой пивнушке, набитой в хлам ужравшимися скальдами, где подцепил и остальную часть своей саги. Но озвучивать эти догадки и мешать человеку не стала. Пусть говорит. Занятно же.

— Нет, не знаю, я нездешний, – подтолкнул его и Раск.

— А, ну ясно тогда, – на подначку мужик повелся более чем охотно. – В общем, говорят, договор с этой нечистью еще отец нашего Бешеного заключал. Когда-то давно те оборотни отдали ему свою княжну и Ахельну за ней в приданое – так их род крепость и получил. А теперь они пришли требовать того же от его сына.