Книга Весна севера, страница 114 – Юлия (Ли) Ода

— Зачем, Ольга? Что это даст? Или без того зала под Ахельной кристалл снова пойдет вразнос?

— Нет, хотя и это тоже не исключено, – очень серьезно откликнулась та. – Но главное, тот зал служит ему своеобразным ретранслятором.

— Ретра… что?! – не понял наемник.

— Зал его усиливает. – Я вдруг поймала себя на том, что за годы общения с Ольгой научилась понимать ее безошибочно. И что теперь мне этого будет очень не хватать. – Ну, примерно как ущелье усиливает крик. Эхом.

— Да, – согласилась та со мной. – А без этого о настоящей защите и речи нет. Слишком недалеко этот «крик» уйдет. Слишком немногие его услышат – только те, кто рядом.

Раск кивнул, уловив мысль. И смирился.

— Хорошо. Я понял. Пойду обрадую князя, скажу, чтобы приготовили нам лошадей.

— Обрадую? – не поняла я.

— Договор с Ахельной нужен ему не меньше, чем Ахельне с ним. А пока он не подписан второй стороной…

— Поняла, – кивнула я. – Тогда это и правда хорошая новость для него, что мы едем сразу, не задерживаясь…

— Да и здесь вы тоже не задерживайтесь, публика и правда ждет свой спектакль…

И мы не задержались.

Ольга, глядя, как я иду к алтарю, светилась так, что, кажется, затмевала все здешние свечки, на которые, между прочим, в Эрависсе не поскупились; два вчерашних молодожена улыбались с видом настоящих заговорщиков, словно эта свадьба была исключительно их заслугой; челядь искренне утирала слезы; князь смотрел подозрительно задумчиво, явно жалея, что не может ничего отыграть обратно; а Нешра… Нешра не пришла! Сказалась больной! И это единственное, что слегка омрачало мне настроение. Совсем-совсем слегка.

А в остальном счастье казалось густым, зримым, чуть ли не осязаемым. Как мед. И когда клятвы были даны и выслушаны, я украдкой глянула на свои ногти.

Но увы. Никаких изменений там не нашла. Вообще. Видно, для полного завершения узор все-таки ждал какого-то другого обряда, и я снова едва не покраснела от одной мысли о том, что это может быть. Но нет! Подождет! Ахельна и Сердце Севера сейчас и правда важнее.

— Заседлали уже? – негромко спросил Раск у князя, придерживая меня под руку теперь как свою жену.

— Да, – коротко откликнулся тот. – В дорогу вам тоже все собрали. Можно ехать.

И вместо пира и спальни мы с ним двинули в сторону конюшни.

К Ахельне подъезжали на закате, невольно любуясь, как прямо впереди рыжее зарево, переслоенное многоэтажными облаками, оранжево подсвечивает ее башни и шпили. На фоне бившего в глаза низкого солнца светлый местный камень казался почти черным, делая силуэт на вершине скалы четким, словно рисованная тушью картинка в книге.

Ждали чего угодно – вплоть до арбалетного болта без предупреждения, но пока и в крепости, и вокруг было тихо, если не считать суматошной возни птиц, устраивающихся на ночь в придорожных кустах. Слишком даже тихо. Подозрительно.

Раску это неожиданное спокойствие тоже явно не нравилось, он все время старался держаться так, чтобы закрывать меня от линии возможного выстрела, и в конце концов негромко напомнил полудюжине ратников под штандартом Эрависсы, отправленных с нами князем:

— Оружие…

Те молча и понимающе зашевелились – оно и так давно было наготове, но проверить лишний раз и вправду не мешало. Кто-то, ехавший сзади, не только железом осторожно громыхнул, но и арбалетной тетивой случайно тренькнул, пока укладывал взведенный самострел на луку седла перед собой и прикрывал полой плаща, чтоб в глаза не бросалось.