Книга Весна севера, страница 108 – Юлия (Ли) Ода

— Только для этого зовешь? Чтобы Ахельну получить?!

— Тихо, Ида! Да тихо же!.. – Он поймал меня и прижал к себе так, что дышать стало нечем. Или стало не поэтому? – Ти-ихо, ну зачем так шуметь-то? Ты ведь и сама прекрасно знаешь, что Ахельна тут ни при чем. Теперь, княжна, мне без тебя никак. И никуда. Да и тебе без меня тоже. Знаешь ведь, правда?

И тут же отпустил, чуть отстранившись – чтобы видеть мои глаза:

— Поцелуй меня.

— Нет!

— Потому что боишься? Ольга правильно поняла? Ты меня даже обратно из зверя возвращаешь именно от страха.

— Боюсь, да. Ольга вообще многое правильно понимает. Только не тебя, а себя.

Раск еще пару секунд вглядывался мне в зрачки, а потом резко выдохнул:

— Того, что тоже можешь однажды обернуться?

— Да!

— Не надо. Вот этого бояться точно не надо. Бесполезно – старая кровь все равно свое возьмет. Теперь, когда Сердце Севера вернулось, возьмет обязательно. Так что не бояться нужно, а ждать. Это… Это…

— Прекрасно? – скривилась я.

— Знаешь, у меня нет таких слов, чтобы передать, каково оно. Когда это случится, сама поймешь. Просто не бойся, не нужно. Я рядом, и все будет хорошо. Обещаю, любовь моя.

Нет, не уверена, что это я его поцеловала. Но точно не пыталась увернуться, когда его губы накрыли мои, а сильные руки легли на талию, притянув так, что ближе уже не бывает – просто не может быть.

Вот сейчас я точно верила, что все только так и будет. Хорошо.

Все-таки день сегодня выдался не просто тяжелый, а очень тяжелый, потому неудивительно, что, едва переступив порог княжеского кабинета, я первым делом без всяких затей и намеков попросила:

— Договор, князь. Сначала отдайте договор на меня, а потом уже все остальное. Иначе разговора просто не будет, как и веры вашим словам.

Раск стоял позади меня, изображая собой немой укор и такое же немое предупреждение – внятное и тяжелое. Впечатление портила лишь его рука, опять по-хозяйски устроившаяся на моей талии, но бороться с этим я уже устала.

Да, дело, конечно, только в этом. В усталости. И ни в чем больше.

Князь, которому все сегодняшние, да и вчерашние, приключения обошлись тоже недешево, подумал немного и этот вопрос предпочел сдать без боя. Сохранив силы для других битв, где поражение для него было менее очевидно:

— Иногда мне кажется, княжна, что ни о чем другом ты думать просто не в состоянии.

— Правильно кажется, – пожала я плечами. – А вас это удивляет?

Тот хмыкнул, взял со стола заранее приготовленный там свиток и протянул его… Раску! Впрочем, у наемника против меня шансов сейчас не было – владел он документом не больше секунды, прежде чем я его отобрала, ни капли не заботясь, как оно выглядит со стороны. Развернув пергамент, сначала тщательно его изучила – от этой змеи можно было ждать чего угодно – и лишь потом с наслаждением порвала в клочья, мимолетно пожалев, что так и не узнала, лежал он в той шкатулке или нет, угадала ли я с этим? Впрочем, пожалела очень мимолетно. Клочки тут же отнесла в холодный, вычищенный от золы камин, подпалила свечой и лишь после этого выдохнула с облегчением:

— Князь, а вот теперь я, пожалуй, пойду спать. Наконец-то спокойно! Очень, знаете ли, хочется. Вы не против?

Против тот не был. Как и Раск, с готовностью проводивший меня до двери и в очередной раз заверивший, что все теперь будет хорошо. Спорить не хотелось, хотелось в постель, и побыстрее, что я и сделала.