Книга Угроза крушения, страница 132 – Юлия (Ли) Ода

У Риты, стоявшей рядом с Эриком возле панорамного окна их каюты, от этого зрелища ощутимо напряглась спина.

— Что? – он осторожно обнял ее за талию, надеясь успокоить. – Зарвицкий? Там?

— Да, – вздохнула она и оперлась на его руку, прижавшись к плечу.

— Не бойся. Все будет нормально.

— А я и не боюсь. Вернее, не его боюсь.

И тут Эрик, кажется, догадался о чем она – от здания вокзала шли еще несколько человек во главе с высоким, жилистым мужчиной и опирающейся на его руку маленькой женщиной с очень светлыми, почти белыми волосами – пушистую прядку порыв ветра играючи выдернул у нее из-под шляпки и теперь радостно трепал на манер вымпела.

Отец. И мама. А вслед за ними несколько господ из охранной и технической служб концерна, приглядываться к которым Эрик пока не стал.

Через секунду тот же ветер, что растрепал прическу графине фон Гуттен, долетел до сходней «Цесаревича», парусом надул юбку госпожи офицера и попытался добраться до ее волос тоже. Но из гладко зачесанных светло-каштановых прядей, стянутых в тугой пучок на затылке, не выбилось, кажется, ни волосинки.

Еще через пару секунд обе компании встретились и после короткой заминки – взаимного представления, судя по всему – направились в их сторону уже вместе.

— Пойдем, – он подставил Рите согнутый локоть, чтобы та могла опереться, и развернулся к двери. – Не бойся, я со всем разберусь.

За время, что они с высоты любовались на встречающих, «Лютеция» и «Романтика» тоже успели почти одновременно пришвартоваться к двум соседним причальным вышкам, заставив панически метаться репортерские объективы, неспособные определиться с приоритетами – журналисты собрались возле выхода из здания воздушного вокзала, на само поле их пока не пропускали.

Отец в этом плане явно постарался на славу: похоже, каждое более-менее крупное местное издание, или хотя бы претендующее на такой статус, сочло необходимым прислать сюда как минимум парочку сотрудников для прояснения странных слухов, взбудораживших Гамбург с самого утра.

Последнее, что успел разглядеть Эрик сквозь стекло, захлопывая за собой дверь каюты, как пара десятков человек в форме полиции и охранного управления их концерна быстро, почти бегом поднимаются на борт «Лютеции»…

— Нет, лучше по служебному трапу. – Юстин успел перехватить их с Ритой уже на подходе к оживленному столпотворению пассажиров в корме, перед главным выходом. – Марта нам сейчас откроет.

Стоявшая рядом непривычно румяная госпожа первый помощник охотно кивнула.

— Хорошая идея, – согласился Эрик, разворачиваясь в сторону носового трапа. Предстоящий сейчас разговор с отцом и Зарвицким лишних зрителей пока не требовал. – Ну же, Рина, не дрейфь, а то я тебя прямо не узнаю. Поверь, фон Гуттен, даже тот самый, не самое страшное в этой жизни.

Та лишь молча, на удивление покладисто кивнула, даже не думая спорить, а вот Юстин глянул странно, явно собрался что-то сказать, но в последний момент все-таки передумал.

Ладно. Выяснение, в чем там дело, Эрик отложил на потом, сейчас и вправду было не до того. Разговор с отцом, если честно, пугал и его тоже. Вернее, пугало то, что он запросто мог спугнуть его Рину – все же для бестрепетного общения с фон Гуттеном-старшим требовалась определенная привычка. И если такое вдруг случится, это станет уже окончательным разрывом с семьей – второй раз лишать себя неба Эрик позволять не собирался. Не этого неба. Не этой женщины. Но так и не придумав, как начать разговор дипломатично и правильно, решил, что будет брать напором и с первого же слова пойдет напролом.