Книга Развод в 40! Новая жизнь бывшей жены дракона, страница 5 – Зена Тирс

И я ответила, снимая браслет:

— Хорошо, я пойду соберу вещи.

Вложила ему золотое украшение в ладонь и двинулась в дом.

Я с трудом удержала голос твёрдым, а ног и вовсе не чувствовала, переставляла их чисто механически. И как только скрылась в глубине особняка, прижалась к стене и поднесла кулак к губам, впившись в него зубами, — лишь бы не закричать. Не закричать!

И заскулила тихо.

Хорошо, что дочь была уже наверху и не слышала воя брошенной женщины, а горничную я отпустила ещё утром.

Как же пекло внутри! Жгло костром! Я не нужна своему дракону. Своему истинному. Мир словно перевернулся, и я оказалась выброшена на берег, как дохлая рыба. Я не нужна никому, даже собственным детям, которых растила, любила, вкладывалась. Но жизнь на этом не кончается, не кончается — твердила я себе, сжимая кулаки.

И ровно через минуту я собралась. Стиснула зубы. Пусть это будет единственная минута слабости. Больше я не позволю себе горевать о предателе!

Войдя в спальню, я первым делом свернула в ванную и содрала с себя тоненькое кружево трусов. Тех самых, что заказала для мужа из столицы. И швырнула в стену, а они, зараза, зацепились за крючок и повисли.

Плевать.

В душе горело праведное пламя, пожирало изнутри. Душило!

Я включила кран с холодной водой — нужно умыться и успокоиться.

Мне нужна холодная голова, чтобы решить, что делать дальше.

Я набрала воду в ладони и приложила к лицу. Ледяные капли змейками стекали по коже, остужая гнев и возвращая взвешенность рассудку.

Шансов почти не было. Если дракон оставляет жену — ей прямая дорога в монастырь и никак иначе. Тем более, если она его истинная.

Смириться? Заткнуть рот, покорно склонить голову и ступить за монастырские ворота — как будто и не было у меня ни жизни, ни дара, ни огня в крови. Словно забытая всеми старуха…

Нет, я так не могла!

Не могла!

Что-то внутри отказывалось принять свою судьбу, как уголёк под золой — почти забытый, но ещё живой. Всё ещё теплится, горит. Подкинь ветку, подуй — и разгорится яркое пламя!

Мне нужен способ обрести свободу!

Но какой?

Была у меня одна идея.

Я насухо вытерла лицо полотенцем и взглянула на себя в зеркало.

Паутинки под глазами, усталый взгляд, сухая истончившаяся кожа.

— Да-а-а, — вздохнула я невольно, — куда мне до молодой девочки, одарённой королевы Столичной академии⁈ Я уже совсем не та, что была в молодости. Не потяну его новую жизнь в столице… Он уже сам всё решил за нас обоих.

Ком подступил к горлу.

Оставив полотенце на раковине, я побрела на негнущихся ногах в спальню собирать вещи.

А на языке всё вертелось это слово «академия». Слово из забытой жизни… Из жизни, когда я была юна, знала наизусть все заклинания и чувствовала, как волнительно магия дрожит в пальцах — опасная, горячая, моя. Тогда ещё не было Гарольда, его тяжёлого взгляда, прижимающего к земле всякий мой порыв.

Мы встретились, когда я перешла на последний курс, проявились метки пары — и всё закрутилось. Молодой офицер, дракон с блестящим будущим. Казалось, с таким мужчиной я буду кататься, как сыр в масле, и мне не нужен никакой диплом.

Гарри настоял… Нет, какой он мне теперь Гарри? Гарольд. Он настоял, чтобы я бросила учёбу:

— Твой дар опасен и никому не нужен. Разве, что в армии. Но не будешь же ты среди солдат с огненными шарами скакать? Твоя судьба быть моей женой, Алисия, запомни!