Книга Помощница аптекаря = любовь дракона, страница 16 – Хелен Гуда, Агния Сказка

Агата одобрительно кивнула.

— Это будет правильно, Анесса. Но будь осторожна. Сейчас он очень зол и расстроен. Не жди, что он сразу простит тебя.

Я вздохнула. Легко не будет, это понятно. Нужно попытаться наладить отношения, снять напряжение, возникшее между нами. Хотя бы ради того, чтобы спокойно работать в этом доме и не чувствовать себя вечно виноватой.

— Я пойду сейчас, – решительно сказала я, отстраняясь от Агаты. – Нужно покончить с этим как можно скорее.

Агата молча кивнула и, а я решительно вышла из комнаты. Вернувшись к себе, я решила собраться с духом и подумать что ему скажу.  Я взглянула на свое отражение в зеркало, из которого на меня смотрела  опухшая от слез и сна девушка. Еще раз умывшись ледяной водой, чтоб немного уменьшить припухлость под глазами я глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Попыталась улыбнуться, расправила плечи и, набравшись смелости, вышла из комнаты.

Каждый шаг давался с трудом. Ноги словно налились свинцом, а сердце бешено колотилось в груди. Я шла, как на казнь, не зная, что меня ждет впереди.

Подойдя к двери аптеки, я остановилась, не решаясь войти. Слышала приглушенный голос Эриана, разговаривающего с кем-то из посетителей. Я подождала, стараясь успокоить дрожь в коленях.

Наконец  колокольчик над дверью аптеки звякнул, а это значит посетитель покинул аптеку. Я набрала в грудь побольше воздуха и шагнула внутрь.

Эриан сидел в инвалидном кресле за прилавком, перебирая какие-то склянки. Увидев меня, он нахмурился и отвернулся.

— Что тебе нужно? – холодно спросил он, не глядя на меня.

— Я… я хотела извиниться, – тихо произнесла я, чувствуя, как щеки начинают гореть от смущения. – За то, что зашла сегодня на второй этаж. И за то, что трогала платье. Я не знала…

— Ты не должна была там быть, – резко перебил он, – это не твое дело. Тебя это не касается.

— Я знаю, – виновато опустила я глаза. – Я просто хотела помочь…

— Мне не нужна твоя помощь, – еще более резко сказал он. – И вообще, лучше бы ты занималась тем, что тебе поручено, а не лезла не в свое дело.

— Я понимаю, – прошептала я, чувствуя, как слезы снова подступают к глазам. – Я больше не буду.

Он молчал, продолжая перебирать склянки. Казалось, он совершенно не замечает моего присутствия.

— Простите меня, – еще раз произнесла я, стараясь удержать слезы. – Пожалуйста.

Он резко повернулся ко мне, и я впервые увидела в его глазах не только гнев, но и… боль. Невыносимую, глубокую боль.

— Ты не понимаешь, – тихо произнес он, – ты не можешь понять.

И, отвернувшись, он выехал в кресле их аптеки, толкая непослушные двери, задевая табурет, который с грохотом упал на пол. Я же осталась стоять посреди комнаты, оглушенную его словами и переполненную жалостью и сочувствием. Как же я корила себя и хотела открутить ситуацию назад, но не могла этого сделать, как бы ни хотела.

Стояла, старательно глотая слезы и вдыхая знакомый запах трав и настоек, который теперь казался мне ядовитым. Его последние слова эхом отдавались в голове: «Ты не понимаешь… Ты не можешь понять». И ведь правда, как я могу понять его боль, если сама не пережила подобного? Как могу судить его, если не знаю, что творится в его душе?

Тихо всхлипнув, я вытерла слезы тыльной стороной ладони. Нужно взять себя в руки. Нельзя позволить ему видеть мою слабость. Да и Агату не хочется расстраивать.