Книга Второй брак императрицы. Том 1, страница 17 – Alphatart

Когда барона приставили к Раште, Император представил её как простолюдинку. Поэтому барон вёл объяснения, предполагая, что она получила базовое образование. Если же слухи о том, что эта прелестная добыча, осыпанная милостями Императора, на самом деле – беглая рабыня, были правдой, то её неграмотность была объяснима: никто не утруждается тем, чтобы обучать рабов чтению и письму. Вероятно, представляя её простолюдинкой, Император надеялся скрыть её истинный статус.

— Ну что ж, это не страшно. – Барон Лант сделал вид, что не замечает смущения Рашты.

Пусть обучить её грамоте за несколько дней было невозможно, но поставить подпись на документах она могла научиться довольно быстро. Так что барон достал чистый лист бумаги и с улыбкой продолжил:

— Похоже, вы не знаете, как пишется ваше имя по буквам… В таком случае я напишу несколько схожих по звучанию вариантов. Выберите один и запомните его.

К счастью, Рашта оказалась не лишена сообразительности и быстро выучила буквы своего имени. Барон Лант был приятно удивлён: рабы, как правило, были необучаемы. Вот он и переживал, что если она и впрямь рабыня, то процесс затянется.

— Всё правильно?

— Превосходно.

Похвалив сияющую от счастья Рашту, барон Лант перешёл к объяснению стандартной процедуры заключения контракта.

— Устраивается пышный приём, на который приглашают знать. Госпожа Рашта также сможет пригласить любое количество родных и близких.

— Ух ты!

— После празднества канцлер подаст документ, и вам останется лишь поставить на нём подпись.

— А контракт…

— Его будет хранить канцлер.

Рашта тихо вскрикнула и запрыгала от восторга. Барон Лант смотрел на неё, думая, как мила её искренняя радость, и тут же сообщил ещё один факт:

— Это не обязанность, но…

— Но?

— Императрицы иногда преподносят подарки фавориткам Его Величества при заключении контракта.

— Подарки?

— Поскольку хозяйкой дворца является именно императрица, с позиции хозяйки она вручает дар той, кому предстоит поселиться здесь. Это означает признание и уважение не только со стороны императора, но и лично от императрицы. Если фавориток несколько, то ту из них, кого императрица удостоит подарком, принято считать занимающей самое высокое положение.

Рашта спросила без особой уверенности:

— А Императрица… и мне подарит подарок?

— Я не стану ей ничего дарить.

Услышав мой ответ, фрейлины обрадованно переглянулись.

— Какое облегчение!

— Я так беспокоилась, что вы решите одарить ту женщину…

Причин не делать этого было предостаточно. После ухода секретаря я на всякий случай изучила прецеденты. Если с отменой приёма всё было ясно, то ситуация с подарком меня смущала. Однако, изучив вопрос, я обнаружила, что у императриц всегда были веские причины сделать подарок. Например, чтобы держать в узде растущее влияние одной из фавориток в случаях, когда их несколько. Или если фаворитка была подругой или знакомой императрицы и представительницей знатного рода. Или же принадлежала роду или политической фракции самой императрицы.

Рашта не подпадала ни под одну из этих категорий.

Зачем мне выдумывать несуществующие причины и посылать подарок с намёком «позаботься о моём муже», если у меня и в мыслях нет её опекать? Мне бы не хотелось этого делать. Да и Совьешу сам велел не вмешиваться, прислав секретаря, – с какой стати мне проявлять инициативу?