Книга Студентка под прикрытием и препод на мушке, страница 93 – Лена Тулинова

— Вы очень не любите мусорщиц, да?

— Мы и чистюль не особо жалуем, – пожала красивым плечиком Полли. – А чего нам их любить? Они считают, что надо везде наводить красоту, а на себя махнуть рукой. А человек сам по себе тоже должен быть красивенький.

— Разве в этом смысл? – спросила я с иронией. – Разве главное – красивенькость?

— Ну ладно, ещё добрым. И миленьким. Вот ты выделяешься среди нас, потому что не миленькая.

— Смотря что включать в это понятие, – протянула я, немного задетая откровениями подруги.

— Миленькой быть непросто, – сказала Полли. – Вот госпожа Дейра всегда говорит, что одними ароматами, даже с феромонами дело не ограничивается. Надо, чтобы тебя все любили, а для этого необходимо подстраиваться. В прошлом году она очень много про это говорила… Думаю, это потому, что она раньше дружила с косметологической дамой – прости, не помню, как её зовут, она сейчас в больнице.

— Госпожа Обри? – уточнила я, начиная внимательнее прислушиваться к монологу про миленькость и красивенькость.

— Да, точно. Она ведь у нас ещё не преподавала, но она уже немолодая была, её лицо… гм… Выделялось, – сказала Полли. – Вот я и запомнила. Ещё в том году они с госпожой Дейрой часто болтали по поводу омоложения.

Точно. Ведь и Оливия говорила про то, что Людевинн часто видели в обществе Дейры. А у меня, видимо, от любви случилось размягчение мозгов, и я не сделала на это охотничью стойку.

— Я очень люблю занятия по ароматической магии, – щебетала Полли. – Надеюсь, мы туманные духи закончим! Ох, я их непременно проверю на ком-нибудь, посмотрю, как можно людьми помыкать. Сделаю приятный ароматик… Ты, Юничка, какие запахи любишь? В смысле, духи…

— Я твои духи обожаю, они меня уже выручали, – призналась я рассеянно. – А у тебя есть какие-нибудь ещё наработки? К примеру, чтобы сосредоточиться и не отвлекаться?

— О, – обрадовалась девушка, – для этого зелья и запахи не помогут. Для этого нужна практика госпожи Форли, она психолог всего Чарлемана.

— В Чарлемане есть психолог? – поразилась я.

— А у художничков разве его нет? Я думала, вы такие творческие, что за каждым только глаз да глаз! – искренне удивилась Полли.

— Не знаю, наверное, – ответила я, – то есть, конечно, у художников есть психолог, ещё какой. С нами, поли… Полли, по-другому нельзя. У нас дисциплина, сосредоточенность, и, кстати, для неё мы чаще всего тренируемся и бегаем по плацу.

— Ничего себе у художников жизнь, – глаза Полли стали совсем уже овальными от изумления.

А я тайком проверила стакан, из которого пила – может, туда попала капелька правдивого зелья, которым я потчевала Оливию? Но нет, это я просто стала жертвой собственной неосторожности.

— Психолог мне пока без надобности, – заключила я задумчиво. – Мне нужен господин Кроссемир, я… кое-что ему недосдала, не люблю задолженностей. И ещё, Полли. Завтра ведь первый этап конкурса. Скажи, если что-то заметишь. Если что-то будет не так.

— Даже если это просто пыль? – с улыбкой уточнила девушка.

— Если это пыль там, где её быть не должно, – кивнула я.

У меня уже появились даже соображения по поводу того, как действуют мусорщицы-диверсантки. Итак, я поняла их мотив и приблизительно знала орудие. Теперь оставалось лишь поймать их за воплощением плана.