Книга Студентка под прикрытием и препод на мушке, страница 43 – Лена Тулинова

А я не смогла прийти на эту встречу, потому что меня внезапно подловили и потащили на совсем другое свидание, со смертью. Айрен должен был заметить оставленный в условленном месте знак, должен был прийти на помощь, найти меня во что бы то ни стало!

Но сейчас, когда я шла к общежитию, утопая в воспоминаниях и упрёках, я вдруг медленно осознавала, что ничего он был не должен. Мне следовало всего-навсего выйти из заданного образа и послать конкретный мысленный сигнал, вот и всё. Я бы себя выдала… Но разве не выяснилось, что меня к тому моменту всё равно раскрыли? Однако я выполняла указания начальства о том, что легенды следует держаться до конца и себя не выдавать ни в коем случае.

Если б я выдала, если б мой сигнал засекли… Возможно, Айрен не стоял бы у водонапорной башни, как часовой, а бежал бы на выручку. Мне пришлось бы выкручиваться и импровизировать, чтобы потянуть время, причём импровизировать бешено, импульсивно, изо всех сил или даже больше, зато он бы успел.

И что-то мне сейчас подсказывало, что я все эти пару месяцев была не совсем справедлива к Айрену. И он наверняка чувствовал себя неповоротливым идиотом, когда ему сказали: «Всё, задание закончилось, Юника уже вне опасности», а он такой стоял и ничего не понимал, глазами небось хлопал.

Не было бы этого. Не осталось бы шрамов – ни на сердце, ни на щеке, ни в памяти – если бы я просто раскрыла свою дурацкую легенду и открыто позвала бы на помощь.

Я не позвала. Айрен не знал и не пришёл.

Мы или виноваты оба, или не виноваты вообще.

— Но он меня, похоже, не винит, – сказала я себе вслух. – Дразнится, насмешничает и продолжает работать со мной вместе. Похоже, Юника, это начало настоящих серьёзных отношений.

Остаток вечера утонул в карандашных набросках. Одна за другой меня навещали одногруппницы – по счастью, только три из тех, кому были нужны портреты. Остальные, полагаю, тоже непременно зайдут!

Селли пришла первая, и зачитывала свои записи, пока я делала зарисовки будущего великолепного портрета (а какой ещё он должен ожидаться, если мне нравилось то, чем я занимаюсь, да и натура, если честно, была эффектна даже после непростого учебного дня?). Из дневника девушки я узнала, что она встречается с парнем в городе во время обеда. Он не маг, но красив, как бог и умён, как учёный, и вообще самый лучший.

Второй была Индара, которой записи вести не поручали. Зато она разговаривала намёками, из которых я получила подтверждение, что она и её подружка Оливия представляют в Чарлемане агентство контрразведки Ральмирии. Индара туманно намекнула, что я обязана с ними сотрудничать. Они, дескать, не просто так здесь учатся и постигают азы маскировки, в том числе изменения внешности, они, мол, здесь по очень важному делу.

— Дракона ловите? – брякнула я.

Индара от удивления онемела.

— Н-нет, – сказала она. – При чём тут дракон?

— Ну как. В Ральмирии никогда не водилось драконов-оборотней. Всем известно, что такие драконы – жители Парантии, с которой сейчас напряжённые политические отношения. Почему бы парантийцам не заслать парочку ползучих тварей в нашу страну?

— Над тем, что известно всем, мы не работаем, – величественно заявила Индара. – Мы наблюдаем за двумя людьми в школе Чарлемана, и ни один из них не заподозрен в том, что превращается в дракона. Но кое-кто здесь под иными подозрениями. И мы думаем, что некоторые личности тут могут представлять некоторую угрозу для государства. В конце концов, именно отсюда предпочитают нанимать кое-какой персонал в королевский дворец…