Книга Заговор Седьмого неба, страница 76 – Дарья Весна

* * *

— Доброе утро, Тана!

Старушка радостно улыбнулась при виде моей хитроватой физиономии. Поварихи и её помощников в кухне не было – грозная тётушка Гризелия утопала в погреб пересчитывать запасы и утащила за собой всех прочих. Тана в этом вопросе ей доверяла и вежливо старалась делать вид, что не она контролирует повариху. Хотя наверняка знала, что к чему. Я иногда задумывалась, может, Тана не только всеми признанная ясновидящая, но ещё и дальновидящая. Дальновидная в смысле.

— Доброе утро! Как спалось? – улыбнулась в ответ Тана.

— Ну-у-у… э-э-э… – начала чесать в затылке я.

Как можно рассказать настолько доброжелательному человеку, что я ночью не спала вообще – искала нашего канцлера. И нашла. На том свете. А мне там ещё и не обрадовались. Или то, что меня не ждали на небесах ‒ к лучшему? Ладно, пусть канцлера вернут, и я к ним больше приставать не буду.

— Хорошо спалось! – постаралась бодрым голосом соврать я.

— Хорошо, а то мне ночью сон снился, будто ты ищешь кого-то… и бледная была такая, прозрачная, ровно льдинка, туман или дымка, – Тана внимательно смотрела на меня, словно стараясь удостовериться в моей непрозрачности.

— О! А искала кого? – я сделала круглые глаза, будто её сон для меня развлечение года и фокуса с моей прозрачностью я даже в цирке не видела.

А, ведь не видела. Со стороны. Я его сама показывала, поспорив с цирковым магом. Модифицировала заклинание невидимости ‒ и показала. На каникулах как-то, после второго курса.

— Кого-то из наших… – неуверенно пробормотала старушка.

Наверное, посчитала, что в её сне я искала Императора, вот и решила меня не смущать лишний раз. Кажется, она что-то на счёт моих планов подозревает.

Я улыбнулась, стараясь спрятать замешательство, и распахнула глаза пошире, всем видом стараясь показать, что я наивная и ничего не скрываю. И чтобы отвлечь внимание от Императора, начала нести всякую чушь.

— А мне тоже тако-о-ой сон сегодня снился!!! Про канцлера. Будто он сидит на пригорке, или вовсе горе, и смотрит на какой-то город. Большой-большой город и красивый. А вокруг облака такие белые! И всё вокруг белое…

Тана побледнела, поскорее поставила на стол заварочник, со всех сил ухватилась за столешницу и осторожно присела на стул.

— Неужто… – прошептала она, бледнея ещё сильнее.

Ой! Неужели она подумала, что я в канцлера влюбилась, а теперь он мне ночами снится?

— Не-е-е… этого… не может быть, – начала поспешно тянуть я.

— И то верно, – успокаиваясь, выдохнула старушка. – Уж ежели б преставился, я бы почуяла.

— А-а-а… да! Конечно, нет – у меня по Пророчествам всегда «Неважнецки» стояло, – вдохновенно вра… преувеличивала я, осознав истинный страх экономки.

На самом деле не всегда «Неважнецки» стояло, а с тех пор, как я предсказала преподавательнице, что муж от неё скоро уйдёт к другой. С тех пор у меня всегда оценка «Неважнецки» и стояла. Но это ещё что! Вот девчонку, к которой ушёл её муж, вообще стараниями преподавательницы отчислили.

Тана робко улыбнулась, но промолчала.

Вот так мы и сидели какое-то время молча. Тана постепенно успокаивалась, а я грузилась мыслью, что с канцлером и правда могло произойти самое страшное. И что-то из этого страшного определённо произошло. Впрочем, Тана пришла в себя и попыталась накормить меня завтраком. Чтобы не тревожить экономку лишний раз, я механически что-то сжувала. Кажется, оно было вкусным.