Книга Мама на праздник для дочери дракона, страница 19 – Дарья Весна

— А что будет завтра? Расскажете девочке, что ей всё приснилось? – негромко и грустно спросила я.

— Завтра… на завтра у меня есть билеты на оперетту для детей. В городской театр приехала труппа из столицы, второй состав, – осторожно оглаживая меня по плечам, сказал дракон.

— Хотите продлить иллюзию счастья ещё на какое-то время? – глядя на его красивый профиль, отражающийся в оконном стекле, спросила я.

Взгляд нор Хартлесса безнадёжно потерялся в моих волосах.

— Хочу, – коротко, с чувством, ответил мне он.

И я спиной почувствовала, как мужчина напрягся.

— Вы сошли с ума, – еле слышно выдохнула я.

— С моими деньгами это называется «иметь причуды», а не сойти с ума, – мягко усмехнулся дракон.

Он немного наклонился вперёд и невесомо поцеловал мой золотистый локон.

Я испуганно заморгала.

Этот… дракон не в себе и меня с ума сведёт! То бросает в пламя очага важные документы, то назначает матерью своей дочери и… и делает такое! Тем более…

— Погодите! – уверенно, но спокойно вывернулась из его объятий я. – Не нужно пытаться меня обаять. Лучше объясните: почему вы сами прохладно относитесь к ребёнку? Да, вы говорите ей правильные слова, но словно боитесь проявить собственные чувства. Может, малышке нужна не только мама? Или если отец будет более открытым, Элли перестанет надеяться на чудо? И не станет писать Царь-Морозу, а будет рассказывать свои мечты вам?

Дракон с мучительным видом прикрыл глаза, которые вблизи оказались у него тёмно-синими.

— Мне просто стыдно. Каждый раз, когда я вижу Элли, мне банально стыдно, – глухо сказал он.

У меня чуть в глазах не потемнело от понимания, что я сейчас нашла источник его боли.

Боли, которая превращает нор Хартлесса в… дракона «с причудами».

И я внезапно сделала то, чего сама от себя не ожидала.

Я приложила обе руки к щекам мужчины.

— За что вам стыдно? – медленно поглаживая его кожу пальчиками, спросила я.

— За то, что скрываю правду. От Элли, от семьи, от всех… – не открывая глаза ответил дракон.

Но его лицо немного расслабилось, смягчилось, вертикальная морщинка между бровей стала едва заметной.

— Какую правду? – осторожно спросила я.

— На самом деле я для Элли не отец, – резко открыв синие глаза, заявил нор Хартлесс.

Напряжённые морщинки на лбу вернулись, чтобы великодушно помочь дракону и дальше мучить самого себя.

— И как такое могло произойти? – смело спросила я, хотя на душе кошки заскребли.

Чужая откровенность стоит дорого.

А сколько стоит правда от самого влиятельного человека в городе?

А сейчас это именно Бернард нор Хартлесс. Герцогиня давно отошла от активных дел провинции. Оставила себе лишь чисто женские функции – праздники, помощь нуждающимся, покровительство талантливым людям.

Я попробовала убрать пальцы с щёк дракона, но он поймал мои руки своими и лишь крепче прижал.

— Моя жена мне изменила, – коротко ответил он. – И, хотя я сам в этом виноват, но легче не становится.

Договорив, он отнял наши руки от лица.

Но так и не выпустил мои ладони.

— Тогда рассказывайте, как есть, – немного помолчав, попросила я. – Хочу узнать, где ваши «причуды», а где реальная вина.

— Это не для ушей такой молоденькой девушки, как вы, – с несчастным видом поморщился дракон.

— Завтра в эти уши могут вылить пару-тройку галлонов гадостей про вас. Вот тогда вы точно ничего не сможете сделать, – успокоила его я.