Книга Истинная для дракона, страница 74 – Алиса Князева, Лиза Чехова

Темп нарастает. Блёстки в воздухе набирают яркости и лопаются будто маленькие фейерверки. Я выгибаюсь с криком, зачем-то пытаясь удержать набирающую мощь волну, но безбожно проигрываю, когда скорость доходит до предела.

Киар отстаёт всего на пару качаний, а после сжимает мои запястья крепче и с рычанием выдыхает в шею.

В глазах темнеет, тело будто желе, непослушное и мягкое. Некоторое время мы больше не двигаемся, вспоминая как дышать и успокаивая пульс, затем Киар поворачивается на бок, утягивая меня с собой и целует в уголок губ почти невинно.

— С добрым утром.

Я смеюсь. Вот уж правда, доброе утро.

— Что ты наделал? Мне теперь совсем не хочется вставать.

— А придётся. Сегодня выпускной, надо появиться ради приличия. Нужно показать этим недоумкам, что моя жена даже родившись в другом мире способна сделать больше, чем местные ленивые улитки.

— Это ради меня или ради тебя?

— Ради нас, — Киар проводит по моему бедру кончиками пальцев. — Иди скорее, пока мы совсем не опоздали.

— Извращенец, — смеюсь я и неловко сажусь, чтобы после встать и пойти в душ.

Как бы я ни старалась собраться поскорее, мы всё равно безнадёжно опаздываем. Не отказываю себе в удовольствии ещё раз вдохнуть запах лилий, прежде чем покинуть нашу комнату и, держа Киара под руку, спуститься в главный зал.

Народу собралось немало. Все в приподнятом настроении, радуются тому, что все экзамены сданы, лекции закончились. Впереди у нас яркое лето и заслуженный отдых.

— Лайла! — я замечаю сестру, сидящую на подоконнике отдельно от всех. На её коленях развалился Васька подставляя девушке сильно разбухшее за учебный год пузо. Надо будет посадить его на диету, а то никогда не научится летать, как обещал Киар.

— Привет, Лидия, — Лайла сдержанно улыбается, выглядит растерянной и уставшей. — Киар.

Муж (как же странно называть его так) кивает.

— Как твои экзамены, всё хорошо? — настораживаюсь я, тоже садясь на подоконник.

— Естественно, — хмыкает она.

— Тогда почему ты такая грустная?

Несмотря на всё, что случилось между нами, мне всё же хотелось поддерживать с сестрой хорошие отношения. В конце концов, после расследования отца заключили под стражу и теперь держали не пойми где. Мне было жаль её. Как никто другой понимаю, насколько болезненным бывает одиночество. Кроме того чувствую некоторую вину, ведь всё это, — «падение дома Вилхерд», — случилось из-за меня, отчасти. И если я, став Лидией Валлориан, совершенно другим человеком сумела найти друзей в академии, ей такой возможности не предоставилось. После громкого скандала особенно.

— Не грустная, просто… — она косится на Киара, потом вздыхает и качает головой. — Не важно.

— Мне важно, — я дотягиваюсь до её руки.

— Скажи ей уже, — лениво мурлычет Васька.

После возвращения Лайлы в академию он долгое время сторонился её, сердито шипел за всё, что между нами случилось, но потом они сблизились, непонятно как. Я склонна подозревать, что это из-за нас с Киаром. Слишком часто запирались в комнате, бедному Ваське ничего не оставалось кроме как крутиться в столовой и блуждать по коридорам. А тут Лайла, которая, вернувшись, стала изгоем.

Мой кот стал пропадать всё чаще и крутиться в комнате, где раньше жила я. Естественно, её восстановили и поселили законную хозяйку. Возможно, Васька ходил туда по привычке.