Книга Рыжее (не)счастье Эльфа, страница 48 – Анна Корчменная, Алиса Князева

— Энджел заболел бешенством, я полагаю? Тогда вариантов и правда мало.

Отлично, а Никониэль, как и я, умеет делать и без того плохую ситуацию ещё хуже.

Ясно, зайдём с другой стороны. Я посмотрела на отца. Он тоже не выглядел довольным, но держал себя в руках.

— Рано или поздно он или вырвется за стену, — я видела, что волк понимает. — Если, конечно, не попадёт под прицел охраны, или нападёт на кого-то и его пристрелят. Это плохой финал.

Никониэль кивнул.

— Нет разницы, подойду я к вашему сыну или нет. Дело в том, что я здесь не для того, чтобы читать морали или убивать. Я предлагаю возможность вернуть мальчику сознание.

Отец моргнул. На мгновение в глазах блеснула надежда, но он тут же мотнул головой, не позволяя себе даже этого.

— Бешенство не обратимо. Все знают. Но мы хотим отдавать сына на убой.

— Было необратимо, — Никониэль слабо улыбнулся. — Лекарство есть. Опыты на крови пошли успешно, но на живых одичалых я не испытывал вакцину. Лгать не буду — риск есть. Но есть и вероятность излечения. Если же оставить, мальчик погибнет однозначно.

Волки замерли с вытянувшимися лицами. Их уши подрагивали. Первая пришла в себя девушка.

— Х-хорошо. Да, да, пожалуйста. Нужно попробовать! Только прошу, Энджел славный мальчик. Он не специально.

Мы, наконец увидели, что происходит на дне ямы. Ребёнок забился в дальний угол и на нас внимания не обращал. Глодал кость то ли из сегодняшнего обеда, то ли оставшуюся с предыдущего раза. Из одежды на нём осталась только тонкая футболка, видно не смог сам снять.

— Мне придётся его усыпить, чтобы безопасно доставить в лабораторию, — Никониэль выдержал паузу, позволяя им осмыслить. — Для этого я попрошу мисс Иви купить снотворное, а кто-то из вас её проводит.

— Вы точно ему не навредите? — волчица настороженно подняла уши.

— Я защищаю каждого в Орбег-айс и Энджел не исключение, — Ник что-то написал в блокноте и вырвав страницу, протянул мне.

— Идём, — вперёд вышел отец ребёнка. — Здесь недалеко аптека есть.

Я посмотрела на Никониэля и, поджав губы, кивнула. Когда мы с волком оказались на улице, спросила:

— Как это случилось? Он выходил из города и укусили?

— Не выходил. Запрещаем, рассказываем, как опасно. Единственное, что знаем — Энджел ушёл утром, не могли его целый день найти. Когда вернулся, был в восторге. Сказал, что говорил с прекрасной госпожой. Она обещала, что он непременно увидит господина Бетани, а через пару часов проявились признаки бешенства.

— Давно он болеет? — насторожилась я. — Если эта женщина ещё в городе, мы должны найти её, пока ещё кто-то не заразился.

— Три дня, — волк сжал зубы. — Убил бы ту тварь. Чем ей Энджел помешал? Воспользовалась его доверчивостью. Он очень спокойный, застенчивый. Никогда и никому бы не причинил вреда, — голос отца задрожал. — Скажи, господин Бетани, он правда может помочь? Надежда есть?

— Если говорит есть, значит может, — ответила я, сама удивившись своей уверенности. — Не знаю как, но он придумает.

— Энджи — самое ценное для нас. — Волк покачал головой.

Оставшуюся дорогу до аптеки и обратно мы провели в молчании.

Когда вернулись, Никониэль смешал принесённые порошки и насыпав на мясо, бросил Энджи. Мальчик тут же схватил кусок и вгрызся в мякоть зубами.

Я впервые видела заражённого бешенством. Родителям ещё хуже. Они его знают, любят. Не так давно они обедали за одним столом, играли, книги читали. А сейчас этот мальчишка, вряд ли ему больше шести, мечется и бросается на пустоту. Страшно. Но Ник спасёт его. Обязательно!