Книга Ревелль, страница 96 – Лисса Мия Смит

Я смотрела на него, на жестокую улыбку и смеющиеся глаза, и впервые видела его истинное лицо.

И хуже всего, что он прав. Если я за него выйду, Ревелли будут процветать. А если нет… что тогда он сделает?

Под его контролем – поставки алкоголя, зимний театр. И поскольку мы, публично поддержав его, стали легкой мишенью, то и наша жизнь теперь тоже в его власти. Он крепко держит нас в железном кулаке.

Дьюи ухмыльнулся:

— Знаешь, милочка, все это, конечно, очень весело, но я приложил слишком много усилий и не заслуживаю таких презрительных взглядов.

Нет. Быстро, пока он не успел перенестись во времени, я влила в него щедрую порцию возбуждения. Он вскрикнул и откинулся на кровать. Я продолжала подпитывать его желание и, хотя иссякающая магия раздирала меня когтями, склонилась над ним:

— Ты сказал, что сегодняшняя ночь станет незабываемой.

«Тебе хорошо, как никогда в жизни».

Внезапно он вскочил, схватив меня за руки.

— Знаешь, чего я хочу? Чтобы ты умоляла меня на коленях.

— Что?

Его улыбка стала мрачной, жестокой.

— Скажи, что хочешь меня. Что без меня ты ничто.

Ну конечно. Фантазии об унижении.

— Для этого нужен драгоценный камень. – Тогда я смогу внушить ему, что подчиняюсь его приказам, а сама останусь твердо стоять на ногах.

— Неужели? – Он выгнул темную бровь. Испытывает меня.

Дьюи хочет меня сломать, вытянуть из меня признание, как сильно он мне нужен.

— Я прима, – напомнила я ему. – Камень должен быть большим.

Он провел длинным пальцем вниз по моей щеке, по шее.

— Думаешь, без меня ты все еще будешь примой? Думаешь, без меня Большой шатер простоит долго? Без моей выпивки?

Я заглянула ему в глаза, и его улыбка растянулась еще шире. Он понимал – я у него на крючке. Мы все в нем нуждаемся.

Как ни противно мне было вставать на колени перед Хроносом, все же я опустилась на пол.

— Я хочу тебя, – произнесла я механическим голосом, высоко держа голову.

— Ты без меня ничто. Скажи это. – Я едва узнавала его грубый голос.

— Ни за что, – яростно прошептала я.

Но мой отказ только раздразнил его. Он кружил вокруг меня, как тигр на охоте.

— Скажи, что я тебе нужен, иначе в следующий раз Колетт упадет в яму поглубже прежней.

В его глазах мелькнул хищный блеск. Я открыла рот:

— Так это сделал ты?

— Конечно я. Без моего желания тут ничего не происходит.

Боже мой. Он покалечил родного мне человека, чтобы сыграть спасителя. А теперь хочет меня унизить, потому что его это заводит.

— Ну, говори же.

На мои глаза навернулись злые слезы, но я ни в коем случае не дам им пролиться.

— Без тебя я ничто.

Мой голос дрогнул. Он загнал-таки меня в угол. Я больше не тот Сверкающий Рубин, каким была еще сегодня вечером.

Впрочем, кого я обманываю? Вот уже несколько недель я сама себя загоняла в угол, не обращая внимания на слухи, ходившие о нем. О том, как исчезали другие бутлегеры, как он взвинчивал цены на алкоголь для владельцев отелей, вгоняя их в полную зависимость. Он дал нам зимний театр, проявлял заботу и доброту, тщательно следил за каждым своим словом – все это было красивой западней, в которую я радостно угодила.

Хуже того, втянула за собой свою семью.

Чувствуя, что вот-вот упаду, я вложила последние силы в магический удар и вскрикнула от леденящей боли. Он упал навзничь на кровать.