Книга Ревелль, страница 183 – Лисса Мия Смит

— Ты не помнишь всех версий самого себя, какие видел я. Твои любящие родители воспитали капризного наглеца. Из сиротского приюта ты вышел слабаком. Но в каждой линии времени ты все тот же крысенок, неизменно прокрадывающийся сюда, чтобы похитить у меня то, что принадлежит мне по праву.

Меня обдало холодом.

Джеймисон отпрянул:

— Это ты… Ты убил моих родителей!

— Строго говоря, их поджарили на электрическом стуле.

— Не может быть, – прорычал Роджер. Он отвлекал Дьюи, чтобы выиграть время. Но для чего? – Никто не может забираться в прошлое так далеко. Даже ты.

— Я все еще привыкаю к своим недавно обнаружившимся талантам, но, уверяю тебя, это осуществимо.

Я закрыла глаза и судорожно искала внутри себя хоть какую-то искру жизни. Все, что я еще могла отдать.

— Чушь, – ухмыльнулся Роджер. – Ты просто споткнулся и провалился куда-то в прошлое. Думаешь, это придает тебе могущества?

— Не один раз. А много. – Дьюи самодовольно улыбнулся, словно надеялся впечатлить публику своими магическими талантами. Даже сейчас он отчаянно нуждался во всеобщем восхищении.

Джеймисон, кипя от гнева, шагнул к Дьюи:

— Так это ты похитил мою сестру?

В его словах звучало столько боли, столько отчаяния. Я еще глубже нырнула в свою магию, ища хоть каплю силы.

— Знаешь, я и тебя однажды убил. Утопил на том самом пляже, который тебе так нравится, и ты колотил по воде короткими ручонками, как будто мог мне помешать. Но в той линии времени у Лакс почему-то не развился магический талант. – Он брезгливо поморщился.

Кэтрин Ревелль жива, Джеймисон Джонс мертв. Колетт стала примой, но магия Лакс слаба, и Кэтрин не подпускает меня к дочери. Побеждает Джордж.

Кэтрин мертва, Джеймисон мертв. Лакс стала примой, но ее магия слаба. Лакс меня отвергает.

— Время – штука переменчивая. Если с тобой произойдет трагический случай где-нибудь далеко от Шармана, еще до того, как ты познакомишься с друзьями, здесь жизнь будет идти своим чередом. Но, чтобы попасть туда, мне нужен человек с магической кровью. – Он, ухмыляясь, посмотрел на Роджера.

Магия на крови. На крови Роджера. Чтобы убить Джеймисона, пока никто из нас с ним не познакомился.

Дьюи обвел взглядом сгрудившихся Ревеллей, посмотрел на мертвую Тристу, и с его лица слетела улыбка.

— Впрочем, пора заканчивать эту просветительскую беседу.

Он убьет их обоих, перечеркнет это лето, сотрет все, что было…

Я из последних сил призвала свою магию. Боль обожгла огнем, стиснула голову так, что в глазах стали лопаться сосуды. Едва держась на ногах, я нырнула еще глубже и вычерпала все силы без остатка, собрала последние капли, поддерживающие меня в живых. Страттори сказала, что я укорачиваю свою линию жизни. Но пока я жива, кровная магия должна найти себе пищу.

Вокруг меня смыкалась тьма, перед глазами поплыли воспоминания. Мама, напевая коронную песню Ревеллей, завязывает в хвостики мои кудряшки. За кулисами Нана втихаря сует мне конфетку, а мама делает вид, что сердится на нас. Тетушки учат меня и сестер упражнениям на трапеции. Мы с Колетт и Милли бегаем наперегонки по извилистым коридорам Большого шатра, нам безумно весело расти под одной крышей. Наш совместный номер. Я парю в воздухе, закрыв глаза, с абсолютной уверенностью, что сестры меня поймают. Лежу на пляже, сцепившись мизинчиками с Колетт. Катаюсь на чертовом колесе с Джеймисоном и чувствую на запястье тепло его пальца, нащупывающего мой пульс. А вот мы украдкой целуемся на песке.